Он лишился ребенка, потерял любимую женщину да еще был унижен тем, что его место занял презираемый им человек.

— Но разве он не мог потребовать ребенка через суд?

— Таковым было его первое побуждение, но Марианна заявила, что станет все отрицать, а этот негодяй Стивен поддержит ее и заявит о своем отцовстве.

— Но разве было непонятно после пяти месяцев любви, чей это ребенок?

— Это было для всех очевидно, но Стивен солгал бы без зазрения совести, утверждая, что он был любовником Марианны, что они поссорились и поэтому она стала встречаться с Уорреном, но вовремя опомнилась и бросила Уоррена.

Он бы представил доказательства своих тайных встреч. То, что они, Стивен и Марианна, были заодно, лишало Уоррена возможности что-либо доказать.

— Но существует хоть какая-нибудь вероятность, что во всей этой истории есть доля правды?

— Не знаю, по словам Уоррена, нет. В любом случае это не помогло бы моему брату, а только усилило его боль и разочарование. Ребенок — они назвали его Сэмюэлем был копией матери. Я видела его один раз, и мое сердце чуть не разорвалось оттого, что я не могу приласкать малыша, а о чувствах Уоррена и говорить нечего.

Я никогда не спрашивала, видел ли он сына, боясь затрагивать эту тему, — слишком много болезненных чувств она вызывала. Реджи покачала головой:

— Представляю, какую боль вытерпел твой брат, волею судьбы отдав своего ребенка негодяю.

— Он очень страдал, но Сэмюэль умер, когда ему было три года. Говорят, это был несчастный случай, но Уоррен подозревает самое худшее.

Реджина пересела в кресло поближе к постели Джорджины.

— Как ни странно, мне по-настоящему жаль твоего брата, Джорджина. Мне хочется пригласить его на обед.

Николае и он должны ближе познакомиться, ты не находишь?

— Ты с ума сошла? — От удивления глаза Джорджины широко раскрылись. — Этого еще не хватало, у них слишком много общего: они оба презирают моего мужа. Я стремлюсь покончить с этой враждебностью, а не давать Уоррену союзника против Джеймса.

— Но дядя Джеймс справится, иначе я бы не предлагала. — Черная бровь Реджины Мэлори поползла вверх. — Разве можно сомневаться?

Джорджина была уверена в своем муже, однако она совсем не этого ждала от приезда своих братьев.

— Пожалуй, Реджи, другое твое соображение нравится мне больше. Я подумаю, кого бы мог защищать Уоррен вместо меня. А что, если брат влюбится снова? Чудеса ведь бывают!

Глава 11

Прошла минута или две, пока Уоррен опомнился и сообразил, что он просто стоит и наблюдает сверху, с лестницы второго этажа, за Эми Мэлори, которая расставляет в вазах свежие цветы. Он остановился, потому что не хотел прерывать ее занятия, не хотел заговаривать с ней, будучи неуверенным, сможет ли сдержаться, если она окажется близко.