Он также раздумывал о том, что его пальцы нелегко будет отодрать от рулевого колеса, если буря продлится еще несколько часов, так как заметно холодало. Это был один из самых сильных штормов, которые он видел в жизни, а повидал он немало. Слава Богу, все мачты были целы, но оснастка сильно пострадала от ураганного ветра. Одна из бочек с водой оторвалась и скатилась в море вместе с частью бортовых поручней.

Уоррен верил в свои силы, но, к сожалению, он не знал это судно так хорошо, как свой «Нереус». Но самое главное, он не знал, насколько прочен корабль китайцев. Шторм продолжал бушевать с прежней силой.

И вдруг у него кровь застыла в жилах. Ветер разогнал на минуту облака, и он увидел, что Эми держится за разбитые поручни и ее вот-вот смоет волной.

Чудом девушке удалось зацепиться за что-то на борту и удержаться; волна, которая прижала ее, схлынула, но следом за ней накатилась следующая, еще одна и еще. В промежутках Эми хватала воздух ртом.

Она даже не могла попытаться вернуться в каюту. Эми вообще ничего не видела, настолько сильным был дождь. Это был даже не дождь, а стена воды, поэтому она не заметила, как к ней подобрался Уоррен и схватил за плечи, отдирая от поручней, в которые она вцепилась мертвой хваткой.

Она завизжала от испуга, но тут же умолкла, догадавшись, чьи руки могут быть надежнее, чем деревянные перила, чья грудь надежнее любой защиты.

Уоррен прокричал ей в ухо:

— На сей раз я буду не я, если не наставлю тебе синяков.

Этот рев показался ей сладчайшей музыкой.

Он был жив. Сердце ее ликовало.

Уоррену удалось добраться до юта, мастерски балансируя и крепко держась на ногах. Он не стал провожать Эми обратно в каюту, не имея ключа, чтобы запереть эту сумасшедшую.

Он был ужасно зол теперь, когда нес ее к корме. Но каким ужасом он был объят, когда увидел ее! У него дрожали руки от страха, пока он не схватил ее за плечи. О чем она думала, выскакивая из безопасной каюты да еще лишь в ночной рубашке? Но сейчас было не время объясняться. Уоррен снова привязался канатом к штурвалу и занялся судном. Когда он отправлялся в поход за Эми, он закрепил колесо, как ему казалось, намертво, но за это время судно уже сбилось с курса, и Уоррену понадобились все его силы и воля, чтобы поставить корабль по ветру.

Эми уткнулась лицом ему в грудь и ухватилась руками за талию. Ее маленькое тело практически повисло в воздухе, а мокрые волосы разметались по его плечам. Вряд ли ей было хорошо в этой тонюсенькой рубашке. Девушка промокла с головы до ног.

Присутствие Эми заставляло Уоррена чувствовать свою ответственность и странным образом вдохновляло в кромешной тьме.

Уоррену пришлось кричать ей изо всех сил:

— Молодец, крошка! Только держись покрепче, что бы ни случилось.