Чан поэтому предоставил Уоррену возможность сражаться со своими телохранителями, а те постарались так, что Уоррену до сих пор не хотелось об этом вспоминать. Как ни странно, сейчас он не чувствовал ни одного ушиба.

— Когда я билась в переборку несколько дней назад.

— Меня не было здесь, Эми.

— Не было? — Девушка несказанно обрадовалась, узнав, что никто не слышал ее мольбы. — Теперь это не имеет значения. Из-за твоего молчания у меня сдали нервы, и вот я здесь. Это гораздо лучше, чем пытаться говорить через стену.

— Эми, поворачивайся, стучи в дверь и уходи.

Сейчас.

— Но я же только что пришла.

— Эми!

— Мы еще не поговорили…

— Эми!!

— Нет!

Слово упало между ними как гиря. Вот и нашла коса на камень.

Глава 34

Эми смотрела на Уоррена и видела по его глазам, что сейчас он наконец выполнит свою угрозу, положит ее на колено и отшлепает. Она не двигалась, да и где скроешься в такой тесной каюте. Она ждала молча, не пытаясь отговорить его, надеясь, что он передумает."

"Дальнейшее сильно напоминало нападение. Но против такого наступления Эми не возражала. Прикоснувшись к девушке, Уоррен неожиданно сгреб ее в охапку и стал целовать.

Боже милостивый, рот его был ртом изголодавшегося человека, который ничего не мог с собой поделать. Эми следовало бы испугаться страстного порыва, уже не подвластного ей. Однако ни за какие блага на свете Эми не стала бы его останавливать!

Два раза он отталкивал ее, все еще злясь и тщетно борясь с собой, но страсть возобладала над болью. Эми оба раза чуть не падала в обморок от страха, перемешанного с гневом. Она сердилась на него за попытки сопротивления тому, что казалось ей неизбежным.

Но Уоррен издавал стон, снова привлекал ее к себе и с жадностью целовал. В конце концов этот упрямец после долгого времени и стольких сомнений будет принадлежать ей.

— Мы рискуем сгореть, так и не добравшись до постели.

Эми засмеялась бы от счастья, если бы могла, но он целовал ее, язык его проникал столь глубоко, что она могла только держаться и радоваться надвигающейся буре. Последние слова Уоррена говорили о его сдаче, а соответствовала ли капитуляция его желанию, Эми не волновало.

Они все-таки добрались до небольшого тюфяка, который лежал в самом углу.

На сей раз на ней не было платья, стесняющего движения, ее ноги были свободны, и она с наслаждением принимала его могучее тело. Он целовал ее без устали, его жажда познать ее была слишком велика. А она ласкала его, желая обнять целиком. Но скоро этого уже стало мало им обоим. Теперь, после той проселочной дороги, Эми точно знала, к чему стремиться. Она жаждала еще раз испытать тот упоительный дикий ритм, в котором однажды двигалось ее тело. Она не могла больше ждать.