Гаррат замер, судорожно выдохнул через стиснутые зубы и уточнил:

— Где конкретно «здесь»?

— Конкретно — в храме Древуна, — пояснила я. — И Ирэнарну известно о тайных тропах.

И Владыка превратился в Вачовски мгновенно.

В следующее мгновение с меня сняли венок, напялили его на голову оторопевшего друида, затем ему же в руки сунули букет белых роз, отобрав его у меня, и перекинувший меня же через плечо дракон крикнул уже на бегу:

— Свадьба временно откладывается. Шкода, за мной!

Никодим вынырнул откуда-то из толпы и помчался следом за нами, теряя лепестки с букета, который все еще держал. Вслед нам смотрели потрясенные люди, нелюди и представители прочих рас Средиземья. Друиду очень шел венок из белых роз, если честно.

* * *Мы неслись по тайной тропе, оставляя позади украшенную цветами таверну и продолжая пребывать все в том же виде — я на плече у Гаррата, Никодим с рассыпающимся букетом. В какой-то момент Владыка, не оборачиваясь, спросил:

— Место входа запомнил?

— Да, там горенка растет, — задыхаясь, ответил травник.

— Беги вперед! — тут же скомандовал дракон.

И студент, теряя букет окончательно, рванул, обгоняя нас. Обогнал, профессионально вглядываясь в обочину тропы слева. И мы продолжили бег. Бежали недолго, вскоре Никодим, красный и запыхавшийся, остановился, указав на неприметную сине-зеленую мшистую травку, на которой сидел уже знакомый нам кузнечик. Кузнечик задумчиво потирал лапками голову, видимо, не понимая, что происходит. Боюсь, мы добавили ему непонимания, когда шагнули с тропы в сторону и исчезли с глаз насекомого.

* * *Вышли уже на знакомой заледенелой дороге посреди новопостроенной деревни Медведково. После чего, все так же не снимая меня с плеча, Гаррат скомандовал:

— Бегом.

— Не могу, — совершенно искренне ответил пошатывающийся Никодим.

И мгновенно оказался на втором плече Владыки. Как ни странно, с удвоенной ношей Гаррат понесся втрое быстрее, чем прежде, даже ни разу не поскользнувшись на местами покрытой льдом дороге."

"Медведково мы покинули в считаные минуты.

Ворота и двух медведей, их охраняющих, Владыка снес, даже не оглядываясь, поэтому потрясенно смотреть на ошарашенные звериные морды и раскуроченные ворота довелось только нам с Никодимом. И то недолго.

В мгновение преодолев тот участок леса, что отделял вход в деревню от лагеря, который мы организовали для Тихомира и Славена, дракон сбросил Никодима с плеча, осторожно спустил меня и, придерживая, чтобы не свалилась, зло приказал:

— Все в сани, живо.

Раздался жалобный скулеж, и, повернувшись на звук, я увидела две горки мяса и слегка припорошенного снегом грасса, который поднял морду и теперь смотрел на нас.

— Ладно, ты тоже, — сдался Владыка.