— Уходите, — все так же не глядя на меня, повторил жрец. И добавил мягче уже: — Иди, девочка, учись хорошо, магом стань, да таким, чтобы завидно всем недругам стало. Ведь коли мы против птенцов Воронира не выстоим, вам намертво стоять придется. Иди, Милада.

Я, едва ли не на ощупь нашла выход в храме.

Остановилась, запрокинув лицо и глядя вверх, туда, где прямо в воздухе у самой горловины открытого небу шатра висела огненная голова медведя, набирая и силу, и сияние. Слезы текли непрерывно. Горячие, соленые, стекающие по лицу, по шее, мерзко скользящие под ворот, пропитывающие ткань рубашки, противно прилипающей к телу. Я не могла остановиться. Я не знала, что делать. Умом понимала, что нужно уходить, забирать с собой Никодима и Владыку и уходить как можно дальше. Говорящий прав — нас могут использовать как оружие. Всех нас. А если убьют Владыку… драконы сровняют Горлумский лес с землей. Сровняют, у них не будет особого выбора, но уже есть повод — грассы.

И плакать я перестала.

Резко и зло вытерла слезы, достав платок, промокнула шею и решительно направилась к выходу. Потому что магов жители этого леса переживут, хотя бы частично, а вот драконов — нет.

Но не успела выйти из храма, как предчувствие, осознание или, может, даже интуиция отбросили меня назад! С такой силой, что, резко отшатнувшись, я сначала упала, затем подскочила и метнулась в сторону, под прикрытие одной из статуй медведя, дико испуганная и оглушенная биением собственного сердца.

Потому что там, в небе, кружили три подлетающих к храму дракона!

И ведущего в этой тройке я узнала еще даже до того, как поняла это.

Порыв ветра!

Сильный, настолько сильный, что загасил большую часть свечей в храме.

Шорох отброшенных кусков шкур на входе и до дрожи знакомый повелительный, не терпящий возражений голос:

— Где Говорящий?

Я перестала дышать."

"Вжавшись в статую настолько, что спиной чувствовала все выступы, сквозь грохот собственного сердца, я напряженно пыталась расслышать происходящее. Но почему-то слышала, как наяву, гул: «Я не желаю вас больше видеть! Никогда, ни коим образом, ни даже по самой обоснованной причине! Попадетесь мне на глаза еще раз, и клянусь, наплевав на чувства благодарности и жалости, я возьму все то, на что имел полное право с первого мгновения!»

И я старалась, я очень старалась, я все усилия прилагала к тому, чтобы сейчас не попасться на глаза Ирэнарну-Ррат-Эгиатару. Мне было страшно. И жутко. И в то же время безумно хотелось последовать некогда данному Асур-Рратом совету и, рассказав обо всем, просто довериться Черному дракону.

А с другой стороны, тот же Асур-Ррат советовал не спасать Владыку.