Верес кивнул и вновь ушел туда, где Триединого точно не было, а вскоре снова раздались вопли пытаемых.

* * *Пограничную заставу мы покинули на рассвете. Благо один из купцов согласился подвести нас до Трехголового, не став упоминать пункт своего несомненного прибытия, но столько свечей Ванко мог везти только в Медведково, так что мы друг друга поняли с ходу. И едва только Владыка освободился от самолично взятых на себя обязанностей и вошел в комнату на заставе, мы начали собираться.

— Куда это? — мрачно поинтересовался дракон.

— Половину пути сможете проспать, — пообещала я.

— С тобой? — неожиданно спросил Владыка.

— Я рядом посижу, — пообещала дракону."

"Но рядом не вышло, там улегся не спавший всю ночь Верес, так что я села в изголовье Вачовски и сама не заметила, как тот рывком переместился и с блаженной улыбкой устроил свою голову у меня на коленях. Купец Ванко только многозначительно хмыкнул, увидев это бесстыдство, но говорить ничего не стал, поостереглась и я хоть как-то противодействовать. Так и тронулись — я, Владыка и Верес на купцовой телеге, Тихомир, Славен и Никодим на санях, которые к телеге привязали — две буланые лошадки тянули легко даже такой груз.

На порубежной заставе все так же была очередь что в одну, что в другую сторону, но дело двигалось уже легче — к утру прибыли маги и королевская гвардия. Откуда знаю? Так на рассвете прибежал Верес, затряс меня, задремавшую над картой и отчетом, и вопросил:

— Миладка, чисто теоретически, кто победит — Вачовски или магистр Тессорд?

— Вачовски, — сонно ответила я.

— А, тогда спи, — сказал Верес и умчался, по счастью, закрыв за собой двери, потому что, пока он вопросы задавал, она стояла широко распахнутая, и я вся продрогла.

Потом Тихомир и Славен азартно обсуждали, как далеко залетит магистр Тессорд, и проиграли оба, потому как боевые маги владеют левитацией, и, соответственно, «залетать» магистр не стал, просто молча вернулся и поинтересовался у Владыки: «На кого обучается молодой человек?» Узнав, что на теоретика, очень сильно скорбел. Я тоже скорбела, потому что в момент, когда магистра отправили в полет, спросонья кинулась спасать Вачовски, сама не знаю зачем. Сдуру, видимо. А после того как стало ясно, что спасать тут никого не требуется, сонно потащилась обратно в избу. И не то чтобы дошла до нее, потому что уже у двери в меня ткнули подносом с горкой порубленного мяса на нем. Пришлось кормить грасса. Искренне сожалея, что в свое время этот самый грасс не сожрал меня… Вот правда, это было бы реальным актом милосердия.

— Эй, студенты! — остановил нас окрик одного из магов.