Мадикен содрогается при одной только мысли об этом, но Лизабет говорит: «Да нет никакого ада, мама же сказала!»

Однако Линус-Ида крепко верит и в судный день, и в преисподнюю, а когда мама иной раз говорит старушке, что она слишком надрывается на работе и ей непременно нужно немного отдохнуть, чтобы у неё не болели так ноги, Линус-Ида отвечает: «Отдыхать, ну нет уж, такое позволительно, только когда сойдёшь в могилу. Хотя могу поклясться, что мне не доведётся толком отдохнуть, ибо Страшный суд наверняка грянет на другой же день, как помру, и мне сызнова надо будет подниматься на свои бедные старые ноженьки»."

"Тем не менее благодаря Линус-Иде Мадикен лучше всех в классе знает закон божий. Скоро летние каникулы, и учительница повторяет с детьми пройденный материал, чтобы они не опозорились на экзамене, когда мамы и папы придут их послушать.

На уроке в понедельник утром первой вызывают Мадикен. Она должна рассказать о том, как бог сотворил мир, создал всех птиц, рыб, млекопитающих и как, под конец, взял ком глины и вылепил из него первого человека.

— Это и был Адам, — говорит Мадикен.

Она могла бы рассказывать ещё долго-долго, но учительница хочет, чтобы рассказ продолжила Мия.

— Ну, Мия, а что бог сделал потом? — спрашивает учительница.

Однако Мия никогда не знает урока. Она стоит у парты и смотрит в окно, словно Адам не имеет к ней никакого отношения.

Учительница добра и терпелива.

— Ну, так что же сделал бог после того, как вылепил из глины Адама? — снова спрашивает она — Ты должна это знать.

— Наверно, выставил его на просушку, — хмуро отвечает Мия.

Мадикен прыскает со смеху, и Мия бросает на неё злобный взгляд. Но Мадикен не видит Мииного взгляда и сама отвечает по просьбе учительницы на заданный вопрос.

— Бог вдохнул свой дух в нос Адаму, и тот ожил.

На перемене после урока к ней подбегает Мия.

— Я тебе сейчас дуну в нос, воображала хвост поджала! — грозит она и набрасывается на Мадикен.

Начинается драка. Весь класс обступает девочек и наблюдает за их поединком.

— Давай, Мадикен! — горланит большинство из ребят, и это уже несправедливо: ведь Мадикен — самая сильная в классе, она может справиться с Мией и без подбадривающих возгласов.

Но вдруг становится тихо. Никто больше не кричит. И прежде чем Мадикен успевает понять, почему воцарилась тишина, она чувствует, как кто-то крепко хватает её за шиворот. Директор школы. Мадикен знает, что это он, хотя видит лишь его большие ботинки да икры длинных ног. Она испуганно поднимает голову и упирается взглядом прямо в строгое лицо директора. Другой рукой он держит за шиворот Мию. Ну и сильные же у него ручищи! Мия морщится от боли.

— Маленьким девочкам стыдно драться, — произносит директор.

У него такой вид, словно ничего хуже драки и быть не может.