И эти слова лились, превращаясь в историю, в сценарий. Дина не стала даже менять имен, она просто записывала. Записывала то, что откуда-то взялось в ней и за два дня превратилось в сценарий. И теперь она смотрела на экран ноутбука.

Сохранить.

На жесткий диск. В облако. В другое облако. И на печать.

Принтер тихо зашуршал бумагой. А Дина встала. Качнулась.

Боже, как болит спина. И голова. Головные боли у нее бывали. Но Дина никогда не знала, что спина может болеть. Что она может болеть ТАК. А еще над Игорем потешалась…

Несколько раз наклонилась вправо, влево, подняла руки. Стало немного легче. Посмотрела на принтер. Он напечатал примерно треть. Перевела взгляд на пепельницу.

Нет, надо пойти что-то съесть. Дина вдруг почувствовала какой-то совершенно дикий голод. Сколько она не ела? И вообще, какой сегодня день?

День оказался воскресенье, время — половина двенадцатого. Дина сделала себе бутерброд и кофе, вернулась за стол. Свежеотпечатанный сценарий лежал на принтере.

И ждал.

Дина потянулась за телефоном.

— Алла Максимовна, здравствуйте.

— Добрый день, Диночка. Как твои дела?

— Я хочу показать вам сценарий.

— Ты написала? Умница! Приезжай ко мне завтра вечером, часам к шести.

— А сегодня нельзя?

— Я… я уже почти выхожу из дома, — голос у педагога стал растерянный. — Я собралась на дачу к подруге.

— Можно, я вам привезу? — Дина сама не узнавала себя, свою странную, почти болезненную настойчивость. — Почитаете в дороге? Пожалуйста! Вы с какой станции метро уезжаете?

Ответили ей не сразу.

— Хорошо. Давай встретимся через час у «Белорусской».

***

Алла Максимовна перезвонила в шесть вечера.

— Я прочитала, — начала она без предисловий.

— Уже? — вяло удивилась Дина. Она вернулась домой и легла спать. Не легла даже — рухнула. И сейчас, спросонья, ничего толком не соображала.

— Я проехала свою остановку. И ни на какую дачу я не поехала. Я два круга прокаталась по кольцевой. Я читала.

— Да? — Дина судорожно пыталась стряхнуть с себя сонный морок. — И… как?

— Это абсолютно гениально, девочка.

Проснулась. Резко и сразу.

— Правда? — спросила так тихо, что думала, ее не расслышали. Прокашлялась.

— Правда, — коротко и как-то по-деловому ответила Алла Максимовна. — Но это все завтра. Дай мне время до завтра, Дина.

— И что… что будет завтра?

— Не планируй ничего важного на завтра, пожалуйста, Дина.

Она снова перестала что-либо понимать.

— Ладно, не буду.

— Вот и хорошо. Я позвоню завтра. Целую крепко и обнимаю. Ты умница, девочка!

Дина отрешенно смотрела на телефон в своей руке. Отложила его, встала и прошла к столу. Подняла крышку ноутбука. На экране так и остался открытый файл. Последняя страница. Дина хотела сесть на стул — и передумала. Она не могла читать написанное.