Хотя сильный маг, ух, какой сильный! Но страшенный, ужас! И испугался он за вас, прям лицом сошел… он сразу тьеру ар Ардену весточку послал, встречать нас будут… и мэтр Файлон придет… Да что же это делается… а все тот знак ведьмовской, ох, неспроста его намалевали… неспроста…

Сурья что-то бубнила, периодически всхлипывая, а я проваливалась в тревожный, полный боли и дурного предчувствия сон.

– Льера Адель, вставайте, ох, вставайте! Беда!

Сурья трясла меня за плечи и причитала громким шепотом. Да что там еще случилось? В глаза будто песка насыпали, я с трудом разлепила веки и поняла, что мы стоим, а снаружи доносятся крики, ржание лошадей, лязг железа и страшный низкий вой. В мутном окошке отражались разноцветные огни.

– Бой идет, – шептала Сурья, быстро натягивая мне на плечи черный плащ с капюшоном. – Напали на нас. Если что, вы только не сопротивляйтесь, не злите их, – скороговоркой говорила она. – Что скажут, то и делайте, сейчас главное – жизнь вашу спасти. Так… – Она приоткрыла дверцу и осторожно выглянула в щель. – Под каретой ящик приделан, дверца сбоку, там есть защелочка, туда и полезайте. Вы такая худенькая, как раз в него поместитесь. Прячьтесь, пока они друг другу глотки режут.

Она первая выскользнула из кареты и подала мне руку. А я, как идиотка, застыла, огромными глазами глядя на мелькающие в вечернем воздухе силуэты. Кто напал, а кто защищался, понять я не могла. Мелькали в свете бледной луны клинки, что-то взрывалось, кто-то истошно кричал. Я увидела лежащего на спине мужчину и с ужасом опознала нашего кучера, к нему со стороны леса бежали два странных создания, напоминающих людей. Голые, с лысыми головами, покрытые короткой темной шерстью, они невнятно переругивались на бегу, сверкая алыми глазами. И если люди не вызвали у меня ничего, кроме страха, то увидев, как эти твари набросилась на труп, я чуть в обморок не рухнула.

– Кто это?

Губы пересохли, но облизнуть их я точно не смогла бы, тошнота подкатила к горлу.

– Трупоеды, твари хаоса. – Сурья с силой потянула меня вниз, заставляя упасть на колени и ползти под карету. – Да что же вы такая медлительная. Полезайте!

Она откинула боковую крышку и изо всех сил подпихнула меня, я легла на живот, ужом втискиваясь в грязную холодную коробку. Служанка захлопнула крышку, и я услышала, как она защелкнула задвижку. Потом послышались возня и топот.

– Девка убегает! – заорал над головой мужской голос. – Взять!

И вот тут я испугалась. Осколки самообладания разлетелись вместе с моим тихим скулежом. Я судорожно засунула в рот кулак и изо всех сил вцепилась в него зубами. Раздался полный боли и ужаса крик, а следом такой вопль, что я задрожала. Лежать в темноте в узком запертом ящике было страшнее, чем сидеть в карете и наблюдать за происходящим.