При соответствующем освещении ее кожа могла выглядеть довольно-таки сносно.

Стефан был от нее не очень-то в восторге – Мишо сразу это заметила. Она была, конечно, слишком толстой, и это не могло скрыть даже выбранное ею свободное ниспадающее платье. Она рискнула, невзирая на свой рост, надеть обувь с небольшим каблуком, так как Матье указал в объявлении свой рост в метр девяносто, но как оказалось, этот человек немного схитрил: он был ниже ее ростом, причем даже если б она была вообще без туфель, это все равно не спасло бы ситуацию. Стефан внимательно разглядывал ее во время еды – Катрин благодарила бога за темный ноябрьский туман снаружи и за приглушенный свет внутри – и вдруг спросил:

– У вас аллергия?

Мишо чуть не подавилась.

– Я опять повела себя легкомысленно, – ответила она затем подчеркнуто весело. – Не переношу шоколад с орехами, но меня регулярно одолевает слабость.

– Это и для фигуры нехорошо, – произнес ее новый знакомый.

В принципе, Стефан ей ни капельки не нравился. Он выставлял напоказ ничем не оправданное высокомерие, недовольно копался в еде и два раза отказался от принесенного вина, пока не выбрал определенный сорт.

Кроме того, несколько раз намекнул, что находит Катрин слишком толстой («Но против этого же есть какой-то способ…»), а также дал ей понять, что от десерта следует отказаться («А цены здесь баснословные!»). Сам же Матье носил брючный ремень под животом, и для мужчины у него была слишком колышущаяся задница. И рост у него был едва ли метр восемьдесят, вместо указанного метр девяносто («опечатка в газете»), а его галстук выглядел просто мерзким.

«Состариться рядом с этим мужчиной», – подумала Катрин, и ее охватил холод, но потом она подумала о своей мрачной, пустой квартире и о бесконечном одиночестве изо дня в день, и ей показалось, что Стефан был не хуже всего этого, а со временем, возможно, мог стать и лучше.

Ей удалось договориться с ним о встречах на остаток недели – только по вечерам, чтобы воспользоваться преимуществом сумеречного света. Но в выходные, когда ему не нужно было работать – Стефан был служащим банка, – это уже не срабатывало. Мишо сказала ему, что в субботу будет работать в «У Надин», но когда речь зашла о воскресенье, Стефан проявил упорство: он хотел сходить с ней в первой половине дня на антикварный рынок в Тулоне.

– Потом мы можем зайти куда-нибудь перекусить, – предложил он, – а после этого наконец обдумать конкретную спортивную программу для тебя.

Катрин начала его ненавидеть, а еще больше ненавидеть свою судьбу, которая не оставляла ей иного выбора, кроме этого мужчины, причем даже ради него ей приходилось тревожиться.