И как я сам не догадался до этого⁈

Ясное дело, что за всем не уследишь, но мысль едва ли… не витала над моей головой всё это время.

Когда мы занимаем сиденья вокруг стола, оборотни тяжело и недовольно усаживаются на пол вдоль одной из стен.

Они и когда шли вслед за нами по коридорам, серьёзно так пригибались… всё же рост под два с чем-то метра имеет и свои недостатки.

Змееглазые как раз уходят, оставляя нас самих по себе.

— Люси, может предложить им перейти в человеческую форму, чтобы не мучиться? — спрашиваю я.

Девушка согласно кивает и переводит мои слова волколюдям.

Не волкомальчиками и волкодевочками, как ту же Моро, я их звать не планирую, так что… пусть будут волколюди. Не, ну а что⁈ Уж больно оборотни пафосно звучат!

Да и несколько не подходят под наш случай.

Меж тем, три зверюги, услышав Люси, грозно скалятся и едва ли не вскакивают со своих мест. Если бы не потолок, так они и вовсе бы встали на дыбы от возмущения!

Пока двое более крупных волколюдей смотрят «волком» в нашу сторону, третий, который поменьше и явно посмышленей, тихо рычит в сторону Люси.

Девушка, наморщив лоб, задумчиво кивает.

— Они говорят, что если они выйдут из своих форм, то снова утратят контроль над своим телом и превратятся в «овощи», — сообщает она. — Так что станут полностью беззащитны.

— В случае с Моро таких проблем не было… — вздыхаю я.

— Скорее всего, тут имеет значение, с какой точки зрения мы рассматриваем проблему, — выдаёт Сквидвард. — В случае с Моро мы двигались от человеческой сути. Когда как для наших шерстяных… товарищей, именно людская суть воспринимается ими как враждебная

— И что ты предлагаешь? — интересуюсь я.

— Да всё то же самое! — хмыкает мужчина. — Гипноз! Раз сработало с Моро и удалось примирить обе сути, то есть немалый шанс, что и с этими тремя получится.

— В таком случае не завидую я Рыжему, — хихикает Люси. — С появлением новых членов стаи у парня явно появятся серьёзные конкуренты.

— Пустое, — отмахивается от его слов Ботан, — Моро если о чём и думает, то только о том, чтобы вступить в «стаю» к Лорду Шурику и никак иначе.

Других оборотней она не будет считать себе ровней, считая себя намного лучше других, ведь она достойна принадлежать только вожаку.

— Спасибо, но я буду рад избавиться от такого счастья, — хмыкаю я, а вслед за мной звучат и тихие смешки от всех присутствующих.

О любовной драме нашего Рыжего уже не знает разве что слепой или глухой.

За попытками парня, похоже, следит вся фракция, как и поддерживает его, сжимая судорожно кулачки.