Глава 31.1

Кирилл смотрел на меня так, что у меня сжалось горло. В этот миг он выглядел особенно красивым и порочным. Все мое тело покалывало от прилива совершенно новых эмоций. Волнующих. Горячих. Вязких. И вместе с тем, я впервые чувствовала себя настолько уязвимой, отчетливо осознав, что этот парень способен раскрошить мое слабое сердечко.

- Похоже, губы все-таки обветрились. Поделишься?

- Д-да."

"Я передала ему гигиеническую помаду. Не отрывая взгляд от моих губ, Кирилл прикоснулся кончиком влажного стержня к своим.

- С-с-ш… - он шумно втянул воздух: все это время его ноздри опасно раздувались.

Было в этом нечто настолько интимное, что непроизвольно у меня перехватило дыхание. По щекам пополз предательский румянец.

Еще раз обильно смазав губы, он протянул мне помаду и колпачок от нее, на миг соединившись со мной кончиками пальцев. Будто под гипнозом я очертила влажным ментоловым стержнем контуры своего рта, наслаждаясь фантомным прикосновением его теплых мягких губ к своим.

Из глубины горла Воронова вырвалось нечто хриплое и неразборчивое.

- Спи, Алина! – произнес он резко, переворачиваясь на другой бок.

- И ты спи… - пыталась закрутить одеревеневшими пальцами колпачок, но он не поддавался.

- Уже. – голос Кирилла никогда еще не звучал настолько низко.

После очередной неудачной попытки дурацкая крышка укатилась куда-то под кровать, а я, подавив возглас отчаяния, наконец, от греха подальше убрала гигиеничку.

Хорошая новость – я большая не могла видеть его лица. Плохая новость – теперь я могла в мельчайших деталях рассмотреть мощную спину с четко очерченными лентами тугих упругих мышц.

И открывшиеся моему взору новые татуировки.

… Проснувшись посреди ночи, я машинально протерла влажные от слез глаза. Один и тот же кошмар мучил меня уже долгие годы.

Я стояла на берегу реки сжимая свою любимую куклу, а мама с папой махали мне с другого берега.

- Не оставляйте меня! - кричала, до посинения сжимая игрушку, но родители лишь грустно улыбались.

- Алина. Я рядом… - услышала сдавленный хриплый шепот у самого уха, ощутив, что нахожусь в кольце сильных рук.

Сперва, мне показалось, что это тоже часть сна, однако, когда я попыталась вырваться, Кирилл еще крепче прижал меня к себе, накрыв дрожащие пальцы своими теплыми ладонями.

Он начал очень осторожно их гладить. Растирать. Пересчитывать, будто у младенца.

Странно, но я почти сразу расслабилась и снова уснула…

Глава 32

Разлепив ресницы, первое, что я почувствовала – пустоту. И озноб. Зубы выстукивали чечетку. Даже теплое одеяло не спасало. С щемящей тоской внутри вдруг дошло, что Кирилл ушел. Стоп…

Я резко подскочила, лихорадочно осматриваясь.