"

"И вроде бы он не делал ничего криминального, однако каждое движение его рта заставляло меня отводить глаза и краснеть.

- Почему твоя подруга называет тебя сладкой попой? – Кирилл внимательно за мной наблюдал.

Пульс участился. Все внутри натянулось и отчаянно вибрировало. На мгновение его взгляд застрял на моих губах, парень вновь сделал глоток, отчего его кадык опасно дёрнулся. В горле пересохло. Мне самой нестерпимо захотелось утолить жажду.

- В первом классе я неправильно поставила ударение, сам догадайся в каком слове, в названии: «Сказка о попе и работнике его Балде».

С того дня Полька и зовет меня попой. А я зову ее бабкой, потому что она обожает сплетничать, как наша соседка баб Нюра.

Воронов криво усмехнулся.

Я видела, как он прокручивает у себя в голове сказанное мной. Кашлянув, сосредоточилась на том, чтобы больше не смотреть на его губы, скользящие по тонкому фарфоровому краю.

Вообще-то, я ожидала от него ответов на животрепещущие вопросы, но вместо этого сама выворачивала душу наизнанку.

Ну, как такое возможно?

- Вкусно, – тихо сказал Кирилл, и, наконец, отставив многострадальную кружку, стянул печенье с тарелки, впившись в него зубами.

- Я думала, ты не в восторге от моей стряпни. – Против воли в голове возник образ вероломно раздавленного кекса.

Нахмурившись, он доел печенье, после чего еле слышно начал говорить.

- Ты всерьёз думаешь, что я, как обиженный мальчик, стал бы уничтожать еду? – его глубокие карие глаза ожесточенно вспыхнули. – Там, где прошло мое детство, Алина, сладкое давали по расписанию. Чаще всего на полдник. Один раз в день. Каждая булка, вафля, шоколадка по счету. С собой в комнату забирать ничего нельзя.

Но мы с пацанами иногда проносили… И ночью после отбоя устраивали пир. – Закончил практически шепотом: чтобы расслышать каждое сказанное им слово, мне пришлось неосознанно податься вперед.

- Тогда кто это сделал? – я невольно задержала дыхание.

- Думаю, ты в состоянии сложить два и два.

- Твоя девушка?

Внезапно Кирилл тоже наклонился, так что мы чуть не ударились лбами.

- У меня нет девушки. Я не связываю себя серьезными отношениями. Не даю клятв, которые не в состоянии сдержать, – некоторое время он ничего не говорил, а только смотрел на меня, – сладкая попа.

– Его глаза весело блеснули, когда он заметил обескураженное выражение моего лица.

Моя рука по инерции потянулась к кружке, вместе с ручкой обхватив его теплые пальцы. Я тут же ее одернула, но случайное прикосновение все еще горело на коже, просачиваясь куда-то глубже. В кровоток. Растекаясь опасным бензиновым пятном.

Я резко поднялась из-за стола.

Не знаю почему, но находиться так близко было трудно. Кирилл молчал, как опасный хищник, наблюдая за каждым моим движением.