Сверху продолжают падать мины. На моих глазах одна из них попадает точно в подпаленного «оборотня», носящегося кругами, и разносит ему половину корпуса в клочья.

Откуда-то слева доносится мощный рёв. Повернув голову, вижу, как из-за близлежащих домов выныривает ещё одна группа огромных тварей. Пока мы держали оборону здесь, они прорвались левее, где намного меньше открытого пространства. Вижу и источник звука — их лидера, с которым я вёл переговоры. Он несётся окружённый мощными «волками», каждый из которых закован в броню, идентичную той, что на их командире.

Наклоняюсь вниз, поднимая один из оставшихся РПО. Вижу, как «Уран» стоящий поблизости, даёт очередь куда-то в тыл. Бросив короткий взгляд, вижу оседающего на землю солдата, прошитого пулями. Робот что-то орёт на остальных, но я сосредоточен на наводке. Машинально оцениваю расстояние — метров тридцать-сорок. В теории нас может зацепить. Но только, если совсем сильно не повезет. От мысли о везении снова становится смешно. И я разряжаю огнемёт, пока прицел не сбился. Взрывная волна ощутима, но с ног не сбивает. Раздражённо матерюсь. Я целился в лидера этой громадной стаи, который вовремя успел уйти прыжком в сторону. Достаточно далеко, чтобы отделаться обожжённой шерстью. А вот половина его свиты сейчас мертва.

Вытащив термобарическую гранату, отправляю её вперёд, отдавая приказ. Тут до меня наконец доходит, почему

«Уран» прикончил бойца за моей спиной, и в голове возникают сомнения по поводу того, что солдаты подчинятся.

Но в сторону наступающего противника всё-таки летит семь или восемь гранат. Снова грохочут взрывы.

Несколько осколков вонзаются в корпус и живот. Один вспарывает правую щёку.

Их лидер, поднимается с земли и, хромая на две конечности по правой стороне, пытается отступить. Видя это, бегут и остальные. Шагаю за ним следом. Выплёвываю лезущие в голову фразы.

— Куда ты, сука? Иди ко мне, поиграем. Я тебе косточку покидаю, ты её принесёшь. А потом сдеру с тебя шкуру и сделаю себе меховые трусы! Ну куда же ты?

Если он и слышит, то не реагирует. Перебрасываю палец на спусковой крючок подствольника и стреляю, уложив гранату ему точно под задние лапы. Взрыв заставляет цель свалиться на землю. Броня отлетает в сторону."

"Слышу его злобный и вместе с тем жалобный рёв. Кое-кто из его свиты оглядывается и пара вроде даже останавливается. Но сзади бухает сразу несколько выстрелов из винтовок и один из «телохранителей» валится вниз, мёртвый. Второй крутится на месте от боли и потом большими прыжками уходит в сторону домов.

Я же приближаюсь к раненому противнику вплотную. Он что-то говорит. Признает ошибку и предлагает договориться. Выдаёт что-то ещё про взаимовыгодное сотрудничество. В какой-то момент прекращает и делает рывок в мою сторону.