— Таисия! — рявкает муж

— Все-все, молчу, — смеюсь, поднимая руки в пораженческом жесте, — расслабься. Твоя жена просто перечитала женских форумов. Хотя…

Бросаю на него хитрый взгляд и рывком открываю бардачок.

— М-да, — пробегаю пальцами по листам и пачке салфеток, — фокус не удался. Скукотень.

Макс скрипит зубами и переводит на меня убийственный взгляд:

— Получишь.

— Вечером в спальне я готова к любым наказаниям, — показываю ему язык, — а сейчас вези свою жену в ресторан. Она проголодалась после напряжённого расследования.

Всю оставшуюся дорогу до ресторана, он бухтит себе под нос, как старый дед.

Глава 8

Я пропотел.

Вот реально, просто до носков, за долю секунды. Когда Таська дернула дверцу бардачка, меня чуть инфаркт не шарахнул. Почудилось, что сейчас откроет, а там привет от Красноволосой в виде каких-нибудь, совершенно волшебным образом попавших туда трусов.

Пусто. Но адреналин так бомбанул, что перед глазами заплясали кровавые круги.

Волосня еще эта красная, так кстати оказалась в машине, все один к одному.

Это звездец какой-то. Просто звездец!

Таська быстро потеряла интерес к расследованию, не подозревая, как близко она была к пограничной линии, за которой мог начаться полный треш. Она ведь права. Сто пудов права. Алекса назло мне оставила эту сраную бумажку в двери. Сука, нервы мои на прочность испытывает. Они уже на грани, на пределе. Еще немного и я нахер найму людей, которые запакуют ее в коробку, и отправят скорым рейсом из города.

Когда доезжаем до ресторана мне уже удается полностью взять себя в руки. Это наш с Таськой вечер, и я не позволю всяким ошибкам портить нам настроение.

— Сударыня, — распахиваю перед женой дверь и склонив голову в поклоне, протягиваю руку, — извольте покинуть колесницу.

— Ох, сударь, вы так любезны, — Таська подыгрывает. Чопорно вкладывает свою узкую ладошку в мою и, задрав нос, выходит из машины.

Пытается отойти, но я не отпускаю. Наоборот, притягиваю к себе, сплетая наши пальцы, и целую.

— Максим, — смеется, — что за телячьи нежности?

А я отпустить не могу, все внутри протестует против этого. Хочется всегда держать под боком, рядом, за руку. Чтобы чувствовать ее тепло, размеренный стук сердца. Чтобы быть уверенным, что она не исчезнет.

— Я соскучился, — шепчу ей в губы.

— Макс…

У нее глаза большие-большие, зрачок во всю радужку. Я вижу в них свое отражение. Я кайфую от своего отражения. Долбаная магия, на которую я подсел, как наркоман, и от одной мысли, что это когда-нибудь может закончится начинается ломка.

— Идем! — решительно тяну ее ко входу. Если позволю себе еще несколько минут с ней наедине, вдыхая ее запах и ощущая вкус на губах, то плакали наши планы провести вечер в ресторане.