Как ваше ничего?

Ни хрена оно не доброе! Без приветствия перехожу к проблеме:

— Почему мне не сказали, что произошла перестановка с работниками? Почему я об этом узнаю уже по факту?

Юрий Константинович с досадой крякает в трубку:

— Андреевна выпала из обоймы. У нее, оказывается, диета строгая должна быть, а она решила, что на радостях можно ей пренебречь. Мы сегодня от ее воплей проснулись, думали помирает.

Может, я сволочь. Но сейчас мне плевать на чужую диету, и от того, кто там собрался помирать. Меня бомбит от появления Алексы:

— И что? — рычу.

Елецкий явно напрягается:

— Извини, что не предупредил. Мы пока носились с Верой, пока нормальную палату ей выбили, пока билеты сдавали. Все из головы вылетело. Пришлось срочно искать замену, к счастью, Алекса согласилась занять ее место.

Никакого счастья я в этом не вижу, только проблемы, которые теперь будут шириться и процветать:

— Почему именно она? Антон мог остаться, или юрист. Зачем она мне тут?

Юрий Константинович, получив такую жесткую реакцию с моей стороны, теряется:

— Ммм…а в чем проблема? Александра была на всех переговорах, владеет всей информацией.

Ты, блин, даже не представляешь, какой информацией она владеет, каким звездецом, способным меня размазать и привести к полнейшей катастрофе.

— И вообще, ты же сам видел и знаешь, что она очень ответственный работник. К тому же кто-то должен присмотреть за Верой и помочь при выписке.

— Юрий Константинович, при всем моем уважении, — с трудом возвращаю себе деловой тон. Не хватало еще чтобы по моей истерике кто-то о чем-то догадался, — но согласитесь, умения презентовать себя, приносить кофе и бойко переключать слайды во время выступлений непростительно мало для такой серьезной работы. Сколько она у вас работает? Шесть месяцев? Десять? А сколько мы с вами к реализации этого проекта шли? Два года! Так что не сочтите за грубость, но на ее месте я хочу видеть кого-то более компетентного.

— Я буду полностью контролировать процесс. По каждому мало-мальски важному вопросу она будет отчитываться и спрашивать дальнейших распоряжений. Гарантирую, что буду все держать под контролем.

— Зачем мне этот испорченный телефон? Вы знаете, что у нас очень комфортные условия сотрудничества и никогда никаких рамок не было. Но здесь я вынужден проявить твердость. Мне нужен другой сотрудник с вашей стороны."

"Юрий Константинович явно расстроен таким разговором:

— Я не понимаю…

— Считайте это моим принципиальным условием…для дальнейшего сотрудничества. Согласитесь, нет смысла портить отношения из-за такой мелочи.

Я готов на все, лишь бы убрать змею со своей территории.

Елецкий чувствует сталь в моем голосе и все-таки идет на попятный.

— Хорошо. Я постараюсь решить этот вопрос в ближайшее время.