— Волкова

— Зайцева. Волковой она стала уже позже, когда ушла из приюта. Поэтому и найти ее не могли. Кто-то крайне удачно потерял записи в местном ЗАГСе.

— Не понимаю.

Стеф бесстрастно продолжает:

— Александра Зайцева угодила в приют в семь лет, после того как родители в пьяном угаре подожгли дом и погибли. Она практически не говорила и отказывалась общаться, как с другими воспитанниками, так и со взрослыми. Сидела в углу или смотрела в окно, не реагируя на происходящее.

— Чокнутая?

— Не совсем, — хмыкает он, — но диагноз есть. Психопатия. У Алексы с детства были проблемы с эмпатией и отсутствовал страх.

Я вспоминаю зеленые глаза. Равнодушные как у королевской кобры и такие же холодные. Ей всегда на все было пофиг.

— Вспоминаешь? — подталкивает Стеф, — поэтому и по стройке скакала как коза, и от тебя не пряталась.

— Сука больная.

— Ну, ей этот диагноз не мешал. Училась легко и хорошо, занималась спортом. У нее, кстати, разряд по легкой атлетике. А вот с поведением беда. И дралась, и воровала, и воспитателей в приюте доводила до истерики, и никогда ни о чем не жалела. Ружье без предохранителя. Террористка без страха и упрека."

"— Они с Аленой дружили?

— Да. Я лично разговаривал с директором приюта. И она сказала, что Алена при всей своей скромности имела уникальный талант влезать в неприятности. Из тех людей, которых то ворота придавят, то корова обдрищет. Ходячая проблема. Наивная до безобразия и бестолковая. А Зайцева взяла над ней шефство. Выполняла роль старшей сестры, готовой на все, чтобы защитить младшую. И дралась за нее и дичь всякую творила, чтобы защитить подругу.

До меня начинает доходить:

— То есть… Алекса мстила мне за гибель Алены? Она все это сделала только потому, что я когда-то имел мимолетный роман с ее бестолковой подругой?

В голове не укладывается. Если всякие истерички начнут мстить за то, что кто-то когда-то с кем–то, то это полный абзац.

— Я думаю, не за сам роман. А за то, что не стал слушать. За то, что бросил беременную. И за то, что умерла.

Я в ахаре. В диком лютом ахаре и не знаю, что сказать:

— Бред какой-то. Мстить за что-то… не имея даже доказательств того, что я причастен к тому ребенку.

— Мы не знаем, что говорила Алена на твой счет. Можно только гадать. Но, судя по всему, ситуация была преподнесена так, что богатый мужик из столицы попользовался бедной провинциалкой, а потом выкинул за ненадобностью.

— Да ёпта! Мы просто расстались. Без упреков и претензий.

— Похоже, у Аленны как раз были претензии, раз так все обернулось.

Капец. Просто капец. Вот так подцепишь девку, а потом вся жизнь под откос.

— Значит, она перед смертью наговорила про меня хрен пойми чего.