Лорд Эйн смотрел на меня так, что внезапно пришло четкое осознание — сейчас не Охарда, сейчас меня убивать будут!

— Так, тихо, — я осторожненько сделала шаг назад, — я сейчас все объясню, я…

Но взбешенный шеф, который теперь еще и селедка в довершение ко всему, с совершенно красными глазами, то есть взбешенный дальше некуда, прорычал:

— Виэль!

И так он это прорычал, что меня просто-таки пробрало, причем основательно, и я на всякий случай еще два шага назад сделала, в смысле — поднялась по лестнице вверх."

"— Милый, ну все же хорошо, правда? — уже понимая, что грядет буря, пробормотала я.

— Хорошо? — делая шаг ко мне и поднимаясь на ступеньку следом за мной, прошипел невменяемый мой шеф. — Хорошо?! Я семь дней сходил с ума! Я…

— Да что ж ты так злишься-то, — «совсем незаметно» делая шагов десять назад, сказала я. — Ну забыла девушка рассказать, ну с кем не бывает. Может, у меня после твоего коварного соблазнения дар речи отнялся.

— Дар речи отнялся?! — прорычал злющий снежный лорд. — Ты успела мне пересказать всю свою жизнь, от рождения при монастыре до холодной войны с женой градоправителя, и заметь — исключительно используя дар речи!

— Ну не жестами же мне было изъясняться, — придерживая свой сверкающий венчальный халат, ответила я, продолжая восхождение спиной вперед по лестнице.

— Не жестами, говоришь?! Виэль! — окончательно слетел с катушек мой шеф.

И ринулся ко мне. Я, исключительно с перепугу, развернулась и помчалась спасать бесконечно нужного, важного и бесценного почетного личного секретаря. Себя в смысле.

— А ну стоять! — раздалось позади.

— Вальд, давай поговорим как взрослые люди, — улепетывая со всех ног, предложила я.

— Ты! — неслось мне вслед. — Я изнывал от отчаяния! Я подыхал с каждой проклятой истекающей минутой этих проклятых семи суток! А ты?!

И главное, несся вслед за мной! Нет, чтобы как настоящий лорд остановиться и дать леди, то есть мне, смотаться подальше! В итоге перепуганная я, осознавая, что сейчас и наступит мне конец, взбежала на третий этаж в надежде прикрыться чужими прелестями — и слишком поздно вспомнила, что, во-первых, на этом уровне замка уже никого нет, а во-вторых — отсюда бежать некуда. Так что в итоге я осталась посреди белоснежного коридора с золотисто-бежевым ковром на полу и напротив настигшего меня взбешенного снежного лорда.

— Вальд, — отступая и отчетливо осознавая, что еще немного и упрусь спиной в стену, — Вальд, я просто…

— Ты просто что, Виэль? — прорычал он, наступая.

Ох ты ж!

— Вальд, — я отступала, отступала и доотступалась, врезавшись в стену, — Вальд, ну чего ты так злишься?

— Я чего злюсь? — хрипло спросил он, не отрывая от меня взгляда кроваво-красных глаз и по-хищному плавно приближаясь. — А я не злюсь, Виэль.