И бросив меня в плену не совсем вменяемого шефа. Да что там «не совсем» — невменяемого, и точка.

— То есть главы родов в курсе? — тихо спросила я.

— Со времени моего перерождения прошли сутки, час назад они получили письма с новой информацией, несколько минут назад на их символах рода появился знак подчинения мне. Да, они в курсе. Не отвлекайся, Виэль, это все сейчас совершенно не имеет значения.

Значение, судя по его взгляду, имела я. И только я. И чувствовала я себя от этого крайне неуютно. И да, решила спросить:

— А если я откажу, вы измените свое решение и возьмете сэльдину?

Взгляд шефа стал каким-то вконец предгрозовым, но он мне все равно ответил:

— Нет, Виэль. Если ты мне откажешь, я мучительно проживу годы становления силы, а затем вернусь и докажу, как ты была не права.

У меня замерло сердце. Замерло, а затем ускоренно забилось.

А лорд Эйн, склонился ко мне и выдохнул:

— Шесть.

— Что? — переспросила, не понимая.

— Ты задала шесть вопросов, я ответил. Твоя очередь отвечать, Виэль.

У меня внезапно появилось стойкое ощущение нахождения в ловушке, причем стойкость ощущению придавало чувство, что я сама себя сюда загнала. Даже сказать мне было нечего, просто кивнула.

Лорд Эйн улыбнулся, протянул руку, поправил прядь моих волос, заправив за ухо, и едва слышно спросил:

— Ты считаешь тортики лучшим из удовольствий?

— Да… — Голос дрожал.

— Почему?

Идиотский диалог, но я ответила, и даже честно:

— Они сладкие.

На губах лорда Эйна заиграла загадочная улыбка, и, подавшись ко мне, он произнес:

— Дай мне шанс, Виэль, и я докажу, насколько мало ты знаешь о том, как бывает сладко. Насколько может быть сладко. И как мизерно ощущение сладкого на языке в сравнении с ощущением сладости во всем теле.

И вот он же только сказал, а у меня внезапно сладко заныл почему-то живот. И если бы только он…

— Еще четыре, — произнес шеф.

— Что? — Я уже ничего не соображала.

— Вопроса. Осталось четыре, — поставил в известность лорд Эйн.

У меня было какое-то предобморочное состояние, даже кивнуть сил не осталось. Я едва дышала, глядя в его глаза, не в силах отвести взгляд, и не могла даже пошевелиться.

Шеф же вновь протянул ладонь, провел пальцами по моей щеке, спустился и коснулся приоткрытых губ, вновь посмотрел мне в глаза и тихо спросил:

— Сколько мужчин прикасались к твоим губам?

Замерла, удивленно глядя на снежного лорда. Но честно ответила:

— Трое.

Его взгляд потемнел, но следующий вопрос прозвучал ровно:

— Тебе нравилось?

Внезапно захотела, чтобы все эти вопросы закончились! И все же ответила:

— Да. С одним из них.

В глазах лорда Эйна стало на порядок темнее, а вот вопрос он задал искушающе тихо:

— Опиши ощущения.

Гулко сглотнув, попыталась быть честной, и в первую очередь сама с собой.