Но сочла нужным добавить:

— Она мне только для слома клеток на невольничьем рынке нужна была. — Тоже правда, кстати.

Разъяренный Харнис, нависнув надо мной, прошипел:

— Ты даже не представляешь, что я с тобой сделаю!

После чего развернулся и ушел.

Странное дело, за все время нашего общения у меня даже сердце быстрее не забилось, и кстати, спасительный торт мне не понадобился, и вот что бы это значило?

На этой важной мысли сосредоточиться не удалось, так как внезапно совсем рядом со мной знакомым голосом тихо произнесли:

— Чего он хотел?

— Катану, — не оборачиваясь, сообщила шефу.

А не обернулась сразу, потому что сердце таки забилось, да еще как, даже жарко стало, и задышала я глубже и как-то взволнованнее. Обернулась — рядом со мной возвышался мой родной начальник с черной маской на бледном лице, распущенными белыми волосами, серьгой в левом ухе, изображающей сверкающую ромбовидную сосульку, и в черном костюме. Лорд Тай, как и я, удивленно воззрился на столь странно облаченную личность, а я… я…

— Здорово, что вы пришли, — сообщила шефу.

— Пришлось попросить профессора ускорить лекцию, — невозмутимо ответил он и еще более невозмутимо приобнял меня за талию.

Так вроде чтобы общаться было удобнее, но мне от этого почему-то очень приятно стало, хотя это были довольно далекие от профессиональной этики чувства."

"Заиграли фанфары, зазвенела, неся радостные вести, капель, срывающаяся с потолка и падающая серебристыми слезами на гостей. Гордо вскинув подбородок, шествовала к своему трону Юалия, довольный собой и своей подлостью Харнис вел ее, придерживая за локоток. Взорвались аплодисментами гости коронации, хранила осуждающее молчание оппозиция.

Не таясь, обсуждали гостей и платье готовящейся стать сэльдиной присутствующие слуги, какая-то тучная дама грустно жаловалась спутнику, что сладкое подадут еще не скоро, я полностью разделяла ее печаль. Потому что мне лично очень хотелось тортика, вот прямо сейчас… Шеф неожиданно обнял крепче, прижимая к себе, и тортов теперь требовалось как минимум два!

А в следующий миг Харнис подвел смущающуюся Юалию к ледяному престолу, усадил, поклонился ей, отступил, и к трону изо льда шагнул страх и ужас. Нет, серьезно — это был и страх, и ужас! Причем одновременно и в одном сухопаром шипастом существе, которого словно морозом покорежило: черепообразная голова, впалые нос и рот, вдавленные красные глаза и лохмы белесых волос по черной мантии.

— Главный жрец храма озера Спящих Предков, — прояснил для меня личность кошмарика шеф.

Свое мнение по поводу этой персоны я не стала озвучивать, впрочем, кое-что не смогла сдержать, а именно тихое:

— Надеюсь, он только коронует и хоронит, — имея в виду, что для остальных ритуалов внешность у жреца явно не подходящая.