К ней больше не придут священники с молитвами и святой водой, над ней больше не будут издеваться подвыпившие воины.

Когда она окончательно пришла в себя, то обнаружила, что лежит под навесом. Неподалеку у висящего над огнем котла хлопотали какие-то женщины. Рядом с ложем Малфриды сидела Невена, что-то толкла в ступке.

– Где Калокир? – спросила чародейка.

Невена склонилась к ней, стала смазывать приготовленным из трав снадобьем ожоги и раны на ее лице и руках. Оказывается, они углубились в земли Онгл, задунайские болгарские владения. Правда, сейчас тут никакой власти нет: влияние русов Святослава ослабело после того, как появились ромейские войска, но сами ромеи сюда не суются, а местные правители-комиты затаились и ждут, чем окончится противостояние императора и князя.

– Ну где же Калокир? – повторила вопрос Малфрида.

Невена пояснила, что херсонесец заплатил за их постой местным углежогам, которые согласились приютить двух болгарских беглянок, а сам отправился на поиски лошадей. Сейчас непросто купить коня, так как перед осадой Доростола русы забрали почти всех лошадей у местных землепашцев и бояр, но Калокир все же надеется что-нибудь найти.

Ведь надо как-то выбираться отсюда.

– Я плохо выгляжу? – спросила Малфрида.

Болгарка спрятала улыбку: вспомнила, как нежно смотрел на спящую ведьму Калокир. Как долго сидел рядом с ней, лаская ее свалявшиеся волосы, роняя слезы на ее израненное лицо и руки. Малфрида для него все так же хороша, как и в те времена, когда Невена рядила ее в царский бархат в Преславе. Сейчас она перевяжет раны чародейки, а добрая еда и отдых помогут ей быстро окрепнуть.

Их не выгонят, люди здесь хорошие и не очень-то рады приходу ромеев – пусть русы и не были ласковыми господами. К тому же Калокир расплатился серебром за своих спутниц и учтиво держался с семьей углежога.

Малфрида была вся в повязках, когда ближе к вечеру вернулся ее ромей. Теперь она не думала ни о его измене, ни о том, что он скрывал от нее. Это был он, ее патрикий! Небритый, усталый, запыленный, но бесконечно дорогой ее сердцу! Малфрида целый день в полудреме мечтала о нем: они уедут отсюда, проберутся на Русь, она поправится, и заживут они душа в душу.

К ней вернется колдовская сила, она покажет Калокиру всякие дива, даже, возможно, научит его заговорам, а затем уведет своего милого в мир чародейства, подальше от людей, от войн, от врагов и правителей!.. Ведь не награды и венцы нужны для счастья. Нужно просто жить друг для друга, делать одно дело, спать в объятиях милого, улыбаться ему по утрам.

Но сейчас она не решалась заговорить об этом с Калокиром.