– Что вы обо мне подумали?! Я честная женщина! А вы еще не сказали, что меня любите!

– Размечталась! – весело прищурился писатель и попытался стянуть с Катерины джинсы.

Она уцепилась за ремень руками и скрестила на всякий случай ноги.

– Черт с вами! – крикнул в сердцах Карпатов. – Спите в одежде. – Он поправил подушку и накрыл Катерину пледом. – Спокойной ночи. Я вас, Катерина Павловна, закрою, дабы никто не мог воспользоваться вашим беззащитным положением.

Карпатов закрыл не только дверь, но и окна.

«Он не стал меня целовать!» – подумала Катерина.

Глава 14

Дурацкое у вас имя-отчество! – А вы – алкоголичка!

Утром Катерина проснулась от головной боли, сухости во рту и нервной дрожи. Смутно припомнив события, случившиеся накануне, она перепугалась и побежала к двери. Дверь была открыта, а на крыльце стояли неизменные ведра с колодезной водой. Катерине стало стыдно, вчера она напилась до такой степени, что писателю пришлось ее тащить и укладывать в постель! Еще горше стало от осознания того, что Карпатов отказался ее поцеловать и сказал при этом, что она размечталась. Сухарь! Да как он мог не воспользоваться случаем и не поцеловать ее, пьяную женщину?! Может, в этом все дело? Он отказался ее поцеловать потому, что она была несколько не в себе? Катерине очень хотелось на это надеяться. Думать о том, что она вообще не интересовала писателя как женщина, было хуже смерти.

Впрочем, умирать Катерина не собиралась. Сегодня приедет Вероника, заберет ее отсюда, и Катерина забудет всю историю любви к писателю-сухарю, как страшный сон. Но забудет ли? Катерина вспомнила, что купила дом у Любы Карелиной, и содрогнулась. Ей придется приезжать сюда каждое лето и мучиться рядом с этим бесчувственным типом! Неужели она решилась на этот шаг?! Может быть, есть хоть какая-то возможность отказаться от покупки дома?

Катерина подумала, что нужно пойти к реке и умыться. Вода в реке была прозрачной, чистой и пахла ракушками, которых на песчаном берегу было полно. Катерина спустилась с бугра и обернулась в ту сторону, где работали немецкие археологи. Если ей сейчас встретится Клаус, то она помашет ему рукой. Ничего страшного, если они перебросятся несколькими фразами. Она скажет ему: «Доброе утро», а он – свое привычное «Либе дир». Но археологов видно не было.

Катерина зачерпнула руками воду и блаженно погрузила в нее лицо…

– Катерина! – с бугра на нее неслась растрепанная Люба Карелина. – Беда! Катерина, горе!

– Что случилось? – у Катерины сжалось сердце и задрожал голос.

– Он! С ним! – кричала Люба и размазывала по лицу обильные слезы.

– Карпатову плохо?! – Катерина подумала о самом ужасном, что могло произойти в этой деревне.

– Карпатову? – Карелина остановилась перед ней и попыталась отдышаться.