Хватит воспоминаний, приказала себе Дейдре. Отчасти своими теперешними проблемами она была обязана отцу, но винить его во всех своих проблемах было бы по меньшей мере несправедливо.

Письмо нотариусам уже было отправлено. Осталось лишь дождаться, пока она из маркизы Брукхейвен превратится в герцогиню Брукмор. Сколько еще ждать? Кто знает: может, несколько месяцев, а может, всего несколько дней.

Двадцать семь тысяч фунтов – неплохая подмога для решения любых проблем, не так ли?"

"Стикли и Вулф, партнеры по бизнесу, сыновья своих более удачливых отцов, являлись единоличными хранителями немаленького состояния Пикеринга, которое теперь должно было перейти Дейдре, леди Брукхейвен, как только герцог Брукмор протянет ноги и титул перейдет его племяннику.

Стикли и Вулф сидели друг напротив друга в своем весьма помпезном офисе, доставшемся им от отцов, которые приобрели и обставили контору лет сорок тому назад.

Стикли сидел прямо. Он выглядел так, как в представлении обывателя должен выглядеть идеальный нотариус: добротно одетый, при золотых часах, дорогих, но неброских, в очках с золотой оправой.

Увы, сколько бы Стикли ни пытался расправить плечи, сколько бы ни надувал грудь, его партнер все равно нравился окружающим больше, в особенности женщинам. Вулф обладал удивительной способностью чувствовать себя комфортно, где бы он ни находился, и при этом выглядеть абсолютно естественно.

– Стик, – с полузакрытыми глазами пробормотал Вулф, – если ты не перестанешь фыркать, получишь в нос.

– Ничего не могу с собой поделать.

От тебя воняет. Ты пропах дешевыми духами и еще более дешевым джином.

Вулф скривил в усмешке красивые губы.

– На самом деле, насколько мне помнится, духи были дешевле джина. – Взгляд Вулфа подернулся поволокой – очевидно, он вспомнил что-то весьма приятное.

Стикли устремил взгляд на книжные шкафы – так куда спокойнее. На памяти Стикли никто и никогда не доставал из шкафов ни одной книги. Эти солидные тома в сафьяновых переплетах служили главным образом декоративным целям.

– Ничего больше не говори! С меня довольно твоих декадентских откровений!

К несчастью, на этот раз Вулф внял просьбе Стикли и провалился в похмельную дрему, не раскрывая пикантных подробностей.

Что было несправедливо, принимая во внимание тот факт, что финансировал приключения Вулфа не кто иной, как Стикли. Пусть они с Вулфом и считались равноправными партнерами, ни у кого не возникало иллюзий относительно того, кто на самом деле выполнял работу.