Интересно, каково это – быть в постоянном ладу с собой?

Колдер смотрел на стынущий завтрак и остывший кофе. Он не был таким, как Рейф. Людей не влекло к нему, как мотыльков к огню. Чтобы добиться от них послушания, Колдер должен был либо хорошо им платить, как Фортескью, либо жениться.

Колдер встал и швырнул салфетку на стол.

– Мне надо работать. Принеси мне кофе в кабинет, – бросил Колдер и, не глядя на дворецкого, вышел за дверь. Меньше всего ему хотелось сейчас встретить сочувственный взгляд слуги.

Глава 11

Что касается Дейдре, то утро у нее выдалось такое, о каком она до сих пор могла лишь мечтать.

Дейдре встала с постели тогда, когда ей надоело лежать, накинула розовый шелковый пеньюар и, устроившись на уютном бархатном диване, стала пить изысканно-вкусный чай, принесенный улыбчивой горничной.

Дейдре попросила, чтобы ей принесли завтрак, к какому она привыкла, и вскоре тосты и маленькая тарелка с ягодами уже ждали ее на столе. Никаких сливок, никакого масла, никакого джема.

У Дейдре слегка кружилась голова от голода: вчера она почти ничего не ела, но сухой тост проглотила без всякого аппетита. В спальне было как-то слишком тихо, и эта непривычная тишина действовала ей на нервы.

И еще Дейдре очень не любила есть в одиночестве.

Имение Вултон, в котором правила Тесса, было далеко не самым приятным местом на свете. Ни один уважающий себя слуга не задерживался у Тессы, распугивающей прислугу неуемными требованиями и нерегулярным жалованьем.

В результате в доме остались только те, которые либо ничего не умели, либо подворовывали. Все они открыто ненавидели Тессу, а заодно и Дейдре. Оставшись с Тессой после смерти отца, Дейдре ничего не оставалось, кроме как притвориться ласковой, милой и доброй, как Фиби.

Иначе бы ей не выжить. При всем хорошем отношении Дейдре к своей кузине она не разделяла взглядов Фиби на жизнь и давно уже решила, что им с Фиби не по пути.

Дейдре, словно улитка, построила для себя нечто вроде раковины из того, что в обществе называлось хорошими манерами. Дейдре ждала своего часа. Как только представится возможность, она сделает все, чтобы оказаться как можно дальше от Тессы – так далеко, как только могут позволить границы Англии.

И вчера, наконец, настал ее час.

Дейдре закрыла глаза. Сердце сжалось при мысли об отце, которого ей до сих пор очень не хватало. Как бы ей хотелось, чтобы вчера он увидел ее в церкви в этом красивом платье. Было бы куда лучше, если бы отец символически вручил ее мужу, а не викарий, как это было с ней. Дейдре выбрала отца Фиби, потому что он был не абстрактным «святым отцом», а отцом хорошо знакомой ей девушки, и еще потому, что он, высокий и седой, смотрелся солидно, и еще потому, что его седина удачно оттеняла золотистый оттенок ее волос.