Хочет увидеться – пусть сам мне звонит, а не засылает парламентеров! Так ему и передай. И все, закрыли тему.

Вовка вышел, а Лера продолжила свой монолог:

– Ну, надо же какой скромняга, Валерий Викторович! Как от уплаты налогов уходить, а потом, по заданию ФСБ, в игры со мной играть под названием ""Я верю, что ты со мной флиртуешь"" – это легко! Ну да, у него же задание было! Разведчик, блин! А сейчас то что тебе от меня надо, интересно знать? А правда, чего ж ты хочешь то, Валерий Викторович?

Лера вытащила свой телефон с намерением самой позвонить Валерию. Не успела. Раздался звонок телефона, и на экране высветилось: ""Валерий"".

– На ловца и зверь, однако, бежит. Слушаю! – получилось довольно резко. Лера и сама от себя не ожидала, что будет так эмоционально. Но что уж теперь то.

– Привет! Это Валерий. Узнала? – прозвучало в трубке.

Надо сказать, что по телефону Лера его голос слышала только один раз, да и то это было короткое: ""Карета подана"".

Было это в тот злосчастный вечер, когда на Леру и было совершено покушение. Валерий тогда остался в ресторане, где бывший любовник Леры, преследуя свои денежные интересы, приказал ей назначить свидание с Валерием. Вот только Лера тогда не знала, что была просто связующим звеном, пешкой в операции ФСБ по поимке своего любовника Макса. А она-то еще на Макса злилась, что он ее использует! Не знала она тогда, что и Валерий играл по правилам все той же организации. Правда, в отличие от Леры, он сам себя загнал в эту ловушку, это ей тогда, в больнице, Вадим все рассказал.

Тоже, кстати, тот еще красавЕц. Кровь он, видите ли, для Лизы сдал! Рыцарь, блин, в сияющих доспехах! Хотя, вот как раз с Вадимом то все понятно. Он приказ выполнял по поимке финансового преступника в лице Макса. На Вадима Лера, почему-то, не злилась. Ну, правда, как можно злиться на морозилку? Ты в нее продукты кладешь, она их замораживает. Так и Вадим. Он приказ получил, он его и выполнял. Казалось бы, все просто.

Да вот ни фига не просто, на самом деле!

Легче Лере от всего этого не становилось. Было очень неприятно осознавать, что ее просто использовали, и что Валерий был одним из тех, кто это делал. Вот на Валерия она и злилась. Спроси ее сейчас кто-нибудь: ""Почему именно на него? Не на Макса, который и деньги украл у детей, не достроив ледовую арену, и Леру под этого москвича, Валерия, готов был подложить, угрожая Лере жизнью ее сына. И не на Вадима, офицера ФСБ, следящего, как оказалось, за всей этой операцией. А именно на Валерия. Почему на Валерия, Лера и сама не понимала. Может, потому, что не определила она еще, куда его записывать: в ""злодеи"", как Макса, или в ""хорошие парни"", как Вадима или так же, как ее саму в ""пешки в чужой игре"".