- Нам кажется, это подлог, - заявил он и засосал мой левый сосок. – Вот! Ты медом обмазалась? – он обслюнявил и прикусил второй сосок. – Точно! Вся измазалась медом, а потом возводит на Нас поклёп!

Он обвел пальцем обслюнявленный сосок. И пососал его снова. Между ног у меня всё сжалось. Величество провел кончиком языка от моей ключицы к уху и потерся грудью о самые кончики затвердевших вершин.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

- И тут сладко, - выдохнул он мне в ухо и потянул на себя губами мочку. – Очень, очень  сладко, - прошептал с закрытыми глазами, нащупывая «аргументом» влажный вход. – А тут как сладко! – он протолкнулся внутрь, разводя и сгибая мои бедра.

О-о!

Он впился в мои губы, переплетая наши пальцы. Вышел и вновь, со стоном, вошел.

- Ты – мое безумие, - выдохнул он, откидывая голову и вбиваясь.

…И тут снова заорал будильник.

Женским визгом.

Я открыла глаза.

Я лежала на кровати Его Величества. Рядом продирал глаза сам Его Величество в подштанниках и со стояком. У двери орала Жюли. Во внутреннюю распахнутую дверь влетел Лео.

День сурка!

Хорошо хоть в этот раз я уже в халате.

Я выскользнула из-под балдахина и просочилась мимо тая Леонарду в его комнату для уединений. Я нуждалась в холодном душе. Край – теплой ванне.

И совершенно точно не нуждалась в том, чтобы видеть Эльиньо Третьего в момент пробуждения за полминуты до оргазма.

Достаточно было того, что я его слышала. За двумя стенами.

Реальность № 2. Утро второе. Скандальное

К тому времени, когда я привела себя в порядок и вышла в спальню тая Леонарду, вопли за стеной уже стихли. Дверь в соседнюю опочивальню была приоткрыта, и оттуда слышались мужские голоса. Пусть тот, кто удержался бы и не подслушал в моей ситуации, первым кинет в меня подушкой.

- …Зачем ты вообще припер ее к себе в кровать? – шипел Лео, забив не изобретённый еще в этом мире болт на статус своего собеседника. – Ведь неглупая оказалась девица, сама сориентировалась, где ей нужно спать.

Вот. Вопрос, как я оказалась в постели с королем, прояснился. А будь я человеком высоконравственным, так и мучилась бы в непонятках.

- У тебя не спросил, - огрызнулся Их Величество также без пиетета к приятелю. – Не лезь не в свое дело.

- Ничего себе, не свое! Жюльетта сейчас побежит к дядюшке жаловаться, что какая-то другая шалава претендует на место у тебя в постели. Вторую ночь подряд, между прочим, - с особым акцентом процедил он сквозь зубы. - А может, и больше. Ты уже сколько ею пренебрегаешь? После обеда жди герцога Калматского с дружественным визитом.

- Кончай зудеть, - прошипел Их Величество. – У меня всё еще руки чешутся взгреть кого-нибудь.