— Так никакой ссоры не было?

— Нет, это она придумала, чтобы я ей помог, сама мне об этом сказала, когда мы пересекли границу Шотландии, и смеялась над моей доверчивостью. Мне бы тут с нею и расстаться и все рассказать Сесилу — пусть бы он ее разыскивал, если был настолько глуп и хотел по-прежнему жениться на ней. Но я был так зол, что решил везти ее обратно к нему — это было второй моей ошибкой.

— Почему?

— Потому что она отказалась возвращаться, а когда я стал настаивать, она расхохоталась и ускакала во тьму. У меня даже не было времени решить, гнаться ли за ней следом, — почти мгновенно раздался ее крик. Когда я к ней подъехал, она была мертва, а лошадь — искалечена. Стыдно признаться, но мне больнее было прикончить страдающее животное, чем смотреть на нее, бесстыдную обманщицу.

— Но Сесил решил, что ты ее тоже любил и увез от него. По крайней мере так он мне сказал. Почему он так подумал?

— Потому что у меня не хватило мужества сказать ему, что она от него убежала. Это убило бы его; мне не хотелось заставлять его страдать. Поэтому я сказал ему, что тоже ее любил, что решил, будучи пьян, что если увезу ее, то она согласится со мной остаться. Я подумал, пусть он лучше меня ненавидит, если не сможет простить, чем узнает, какая она была на самом деле."

"— Думаю, это было твоей третьей ошибкой. С тех пор он возненавидел всех шотландцев и стал тем озлобленным и жестоким человеком, которого я знала всю свою жизнь.

— Я рад это слышать! Кимберли изумилась:

— Ты ненавидел его так же сильно, как он — тебя? Тогда почему же ты попытался скрыть от него правду об Элеонор?

— Потому что это случилось до того, как он мне отомстил, когда я еще был ему другом и чувствовал себя страшно виноватым во всем этом деле.

Кимберли нахмурила лоб.

— Вот тут я запуталась. Сесил утверждает, что это ты ему мстил. Ты ведь соблазнил мою мать?

— Нет, малышка, я любил твою мать. Я всегда любил Мелли, хоть и не надеялся, что смогу на ней жениться. Она ведь была богата, и я знал, что родители хотели бы выдать ее за человека титулованного. Моя семья тоже не бедная, но с ними мы равняться не могли. Когда я узнал, что она тоже меня любит, я почувствовал себя счастливейшим человеком в мире.

— Это было до того, как она вышла замуж за Сесила?

— Да, и до того, как он просил ее руки. Мы собирались убежать и тайно пожениться. Мы ото всех скрывали свою любовь, потому что ее родители своего согласия не дали бы. Но Сесил догадался, что я к ней неравнодушен. Я был слишком счастлив — этого не скроешь.

— Он попытался ее у тебя украсть?

— Не просто попытался — сделал. А я, слепец, не понимал, что он задумал, — с горечью ответил Айен.