Наверное, это было бы весьма верным решением, ведь полковник ясно дал мне понять, что хочет быть в курсе подобных вещей. Но я и вправду так вымотана всем. И всеми. Знаю – на новый марш-бросок меня уже точно не хватит.

Рядом спит Денис. Некоторое время смотрю на него, пытаясь понять, что за странное чувство по отношению к мужу появилось внутри. Вроде бы я сама с собой решила, что не стану гнать Дэна от себя. Вроде знаю, что люблю его и уже сделала выбор… Но почему же сейчас так хочется просто остаться одной? Разбудить мужа, отправить его к матери, или куда он там поедет, едва выставлю его за дверь… Просто чтобы не находиться в этом всём в одиночестве. Чтобы не только мне было так дерьмово.

Как мне удаётся уснуть, учитывая, что тревога разрастается до вселенских масштабов, одному богу известно. Я проваливаюсь в сон, в котором впервые за последнее время не мелькают картинками обрывки то ли прошлого, то ли настоящего, то ли грядущего.

Впрочем, выныриваю из этого коматоза так же быстро, как в него погрузилась. Денис сопит, я морщусь от простреливающей боли. Она гнездится в висках, ползёт ядовитой змеёй на затылок. Значит, дальше или таблетки, или попытка избавиться от мигрени народными методами.

Встав с постели, иду на кухню. Неспешно готовлю себе кофе, хотя, наверное, этот напиток сейчас – не самый лучший мой союзник. Так же медленно сижу и пью его, даже не разбавив сливками.

Первое потягивание в районе живота случается так внезапно, что мне кажется, будто я его себе придумала. Замерев, прислушиваюсь к себе, но, вроде бы, кроме мигрени и какого-то адского напряжения, в котором нахожусь, больше ничего страшного не творится.

– Насть, а ты чего так рано? Ни свет, ни заря, – хриплым ото сна голосом говорит Денис, заходя на кухню и жмурясь от яркого солнечного света, бьющего в окна."

"Сегодня никакой работы – ни у меня, ни у мужа. Вот только порадоваться совместному выходному никак не получается.

– Не спится, – отвечаю, пожав плечами.

Сама же верчу в руках телефон и раздумываю над тем, не будет ли слишком эгоистичным прямо сейчас набрать номер телефона Надежды Борисовны и озадачить её своими тревогами.

– Понятно. Давай завтрак сготовлю?

Непонимающе смотрю на мужа. Если ему кусок в горло полезет – прекрасно. У меня же, кажется, аппетит отбило надолго.

– Себе сделай, я не хочу, – отвечаю, помотав головой.

Снова начинает тянуть низ живота. Страх появляется внутри яркой вспышкой. Только не это… Только не на таком раннем сроке! Я ведь знала, что если выдержать хотя бы двадцать недель, то ребёнка можно будет спасти. Да, придётся его выхаживать. Да, с ним будет очень непросто, но он у меня хотя бы будет!

– Насть… ты что? Что случилось?

Денис подскакивает ко мне, видимо, поняв по тому, как я побледнела, что что-то не так.