— Голова сильно болит…

— Сейчас, — пробубнил он и, взяв ее ладошку в свои лапищи, нажал ногтем на какую-то точку.

«Мастер акупунктуры, блин!» — мысленно ругнулась Санька. Но внезапно головная боль прошла.

— Поспи, — пробурчал Кирсанов, накрывая ее губы своими. — Поспи, девочка, — повторил, когда поцелуй закончился. — Я на базу смотаюсь и вернусь.

— А можно не ехать? — пробормотала она и саму себя мысленно обозвала дурочкой.

— Можно, — кивнул муж, — но надо!

Когда за Кирсановым захлопнулась дверь, Санька открыла инстаграм и принялась строчить пост о плагиате.

«Плагиум в римском праве означало преступную продажу в рабство свободного человека и каралось плетьми. Может, стоит вернуть эту практику и всыпать некоторым по первое число прилюдно?» — Прикрепила несколько картинок с надписями «плагиат стоп» и опубликовала пост. Потом под другим ником зашла к Красному Перцу и обалдела. Поэта-матерщинника несло по кочкам.

«Женя, блин!» — мысленно ругнулась Александра и по диагонали быстро прочла «поэму».

«Вот же идиот, — фыркнула она. — А если Кирсанов обидится?» — вздохнула про себя Санька и перечитала заново первые четверостишия:

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

У меня очко взыграло,

Перешел с ходьбы на бег.

Я гостил у генерала,

Взяв с собою двух коллег.

День был благостный, погожий,

На полях искрился снег.

Отымел он нас в прихожей,

Нехороший человек.

«О Господи, — мысленно ужаснулась Санька. — Красный Перец в своем репертуаре, а Сергей точно обидится, да еще ополчится на Женьку!»

Она прочитала комментарии и внезапно обратила внимание на реплику некой Александры Серегиной.

— Даже не мечтай, мальчик!

Естественно, коммент ничего из себя не представлял, но у Саньки екнуло внутри.

«Александра, да еще и Серегина», — мысленно хмыкнула она и полезла в профиль к подозрительной девице. А там сиськи в латексе, губы бантиком… все дела!

Санька внимательно глянула на список друзей и, чтобы не расхохотаться в голос и не разбудить сына, зажала себе рот рукой.

Подписчиков у Серегиной значилось четверо, что не новость для свежего аккаунта. Бывает! Но Санька сразу поняла, кто скрывается за незамысловатыми никами. Клоунесса — Слава Лунин, он же Асисяй, Блин Горелый — Крепс, Оля Егорова — скорее всего, Гоголь, и завершал хит-парад друзей, подтверждая Санькину версию, Миша Павлов, решивший обойтись без развеселого ника.

Она снова вернулась на страницу Красного Перца и в череде комментов быстро нашла Клоунессу и Блина. Те обзывали поэта бледным чмом и писали, что до генерала еще нужно дослужиться.

А Оля Егорова со знанием дела едко прошлась по стилистическим ошибкам.