Разбежались со страха в разные стороны…

— Не вини себя и Алену, — заметила Санька. — В том аду, что вы оказались, взрослому трудно понять что происходит. А вы были детьми.

— За сорок два года мы успели вырасти, — невесело усмехнулась золовка. — Но мне даже в голову не пришло проводить какие-то расследования. Боялась подумать об этом. Алена до сих пор против. Говорит, зачем старую беду ворошить.

— Сама поедешь? — уточнила Александра. — Хоть это теперь Москва, но одной ехать не стоит. Давай я с тобой прокачусь? Лешика утром в детский сад отведу. Он уже в новой группе освоился.

— А заберет кто? — напряженно осведомилась Лариса.

— Так успеем до вечера, — отмахнулась Санька. — Или Сергея попрошу."

"— На него надежды мало, — печально вздохнула золовка. — Хоть и генерал, а человек подневольный. Как зашлют куда, — фыркнула она, деловито собирая края теста в косичку.

— Диму или Славу попросим, — пожала плечами Александра. — И то при случае, если мы опоздаем.

— Если всю «Секиру» отправят, то и Крепс с Асисяем тут не останутся. Это пока Сережка в городе, на них можно рассчитывать. А как он уедет, то и они следом. Как ниточка за иголочкой. Да и нашему главнокомандующему доложить о поездке придется.

— Само собой, — улыбнулась Санька и из остатков теста слепила сыну птичку. Вставила вместо глазка изюминку. — Гляди, сыночек, жаворонок.

— Раньше такие перед Пасхой пекли, — добродушно усмехнулась Лариса и добавила радостно: — Это хорошо, что ты со мной поедешь. Спасибо, Саш!

Кирсанов, злой и насупленный, вернулся домой, когда Александра с Ларой купали Лешика. Санька услышала быстрые шаги, стук двери в кабинет. Потом муж метнулся на кухню, прогрохотал там посудой и с воплями: «Ничего не найдешь в этом доме!» — отбыл в кабинет.

— Ужинать не хочу, — рыкнул он, заглянув в ванную.

— Не влезай, убьет, — прошептала золовка, подавая Саньке полотенце.

— Все плохо? — вскинулась Александра.

— Когда он такой приходит, — поделилась наблюдениями Лара, — его лучше не трогать. Видимо, большие неприятности. Я потом у Гоголя узнаю, — пробормотала она. — Может, случилось что…

Но уложив сына в постель, Александра решила пренебречь советом Ларисы. Она тихонечко приоткрыла дверь в кабинет, увидела мужа, лежащего на диване в форменных брюках и рубашке. Руки за головой, глаза в потолок. Заметила китель, валявшийся в кресле, а рядом с ним галстук, и позвала тихо:

— Сереж…

— Иди ко мне, Санечка, — тяжело вздохнул он и, когда она юркнула к нему под мышку, обнял крепко и поцеловал в макушку. — Счастье мое, — пробурчал чуть слышно. — Вот как выгонят меня с волчьим билетом, что делать будешь?

— Ничего, — изумилась она, привстав на локте и внимательно глядя ему в глаза.