Руперт укоризненно покачал головой:

– Не стоило лезть туда без прикрытия.

– Что поделать, тебя там не было.

Я упрекнула учителя:

– Могли бы меня взять.

– И я уже объяснил тебе, почему не взял, – раздраженно ответил Ару.

– Я могла помочь вам с… раной, – продолжала гнуть свою линию я.

– Ты и помогла.

– А могла помочь сразу.

Руперт усмехнулся, и Ару мрачно спросил:

– Что?

– Ничего, — ответил блондин. – Радуюсь тому, что появился еще один человек, который готов присматривать за тобой. Это неблагодарное дело.

– Я никого об этом не просил, – окрысился кровник.

Но его друг не ответил.

На всякий случай мы просмотрели все остальные отчеты, но ничего не нашли. Но Ару заставил меня выписать на отдельный листок дату и время еще нескольких происшествий. После этого Руперт поднялся на ноги и сказал:

– Что ж, отнесу это моему приятелю, пока не закончилась его смена."

"Я поспешно встала и пошла к выходу следом за ним. Мы покинули комнаты Ару, и я подошла к своей двери. За моей спиной воцарилась подозрительная тишина. Вставив ключ в замок, я рискнула обернуться и увидела, что оба мужчины изумленно смотрят на меня.

Тогда я нервно спросила:

– Что-то не так?

– Все так, как надо, – отстранённо сообщил Ару.

Руперт подобрал челюсть и спросил:

– Ты что, теперь здесь живешь?

– Да, – призналась я, чувствуя, как щеки начинает заливать краска. – Мне же положено муниципальное жилье, как личной помощнице…

Закончить мне не дали. Он начал беззастенчиво хохотать. Я смотрела на него, не зная, что сказать. Лицо Ару стало замкнутым, и он сухо произнес:

– Прекрати.

– Прости, – сквозь смех ответил Руперт.

– Свежий деревенский воздух явно пошел вам обоим на пользу.

С этими словами, продолжая посмеиваться, он скрылся в своей комнате. Я проводила его обескураженным взглядом. А затем повернула в замке ключ. То, что Ару пересек коридор и встал за моей спиной, я скорее почувствовала, чем услышала. Осторожно толкнула дверь и на ватных ногах шагнула в комнату. И только после этого рискнула обернуться.

Учитель стоял на пороге и смотрел на меня совершенно непроницаемым взглядом. Я понимала, чего он ждет, и еще лучше понимала, что делать этого не нужно.

Но закрыть дверь не смогла. Только молча посторонилась, предлагая ему войти.

Уговаривать не пришлось. Мгновение спустя Ару оказался внутри. Дверь хлопнула, и мои лопатки уперлись в ее гладкую деревянную поверхность. Меня бесцеремонно сжали в объятиях.

На этот раз об осторожности не было речи, как и о сопротивлении. Он целовал меня с такой жадностью, будто не делал этого целую вечность. Хотя Ару и правда, почти две недели соблюдал дистанцию. И я сама пожелала сократить ее.