Испуганно дёрнувшись, я попыталась сползти с узкой лавки, но меня придержали тёплые, нежные руки Виллума и его тихий шёпот:

– Он не посмеет.

– Она чужая! Эта девка не прикоснётся к родовому камню! Я не позволю!

– Ты снова забыл, Йорг, что леди Лиат всё ещё госпожа в Эсхейме, и ты не можешь ей что-то запретить! – твёрдым, не терпящим возражения голосом, чеканя каждое слово, проговорил мой защитник, закрывая меня своей спиной, – как ты посмел зайти без дозволения в покои её светлости?!

– Учитель, поднимающая… – в комнату вбежала, судя по голосу. Бергит, но тут же резко замолчала, заметив незваного гостя.

– Урд, посмотри госпожу! Йорг, покинь покои её светлости!

– Знаю, что ты задумал, Виллум, но тебе не удастся, – хмыкнул садист, бросив на меня презрительный взгляд, и сквозь зубы процедил, – она пустая.

– Выйди!

– Соберу глав семей, ты не сможешь обмануть их! – напоследок прорычал Йорг, прежде чем громко хлопнуть дверью.

– Виллум, зачем ты с ним связался, – заворчала старуха, вскоре появившаяся в моём поле зрения, – кто она тебе… этот прав, чужая она в Эсхейме…

– Я делаю свою работу, старая, а ты свою, – прервал Виллум бурчащую, через несколько минут требовательно спросив, – скажи, понесла леди Лиат?

– Понесла, – огрызнулась та, что назвали Урдой, бросив на меня сочувственный взгляд, добавила, – нежилец она.

– Иди, когда подам знак, повторишь что видела, – распорядился Виллум, и вновь переводя свой взгляд на меня, озабоченно проговорил, – госпожа, поторопиться надо. Бергит, помоги, я дам леди отвару, ей потребуются силы.

– Поможет ли, – с сомнением в голосе протянула девушка, придерживая мою голову, пока лекарь поил меня приятным на вкус снадобьем. Силы отбить руку с подозрительным отваром, как и просто отвернуться, меня давно покинули, и я, давясь жидкостью, послушно выпила всё до капли.

– Ну вот, госпожа, скоро вам будет лучше, но это временно, – проворковал мужчина, заботливо вытирая мои разбитые губы, – правда, после станет хуже, но… Бергит, начинай.

Отрешённо наблюдая, как лекарь и его помощница приводили моё израненное тело в порядок. Смывали грязь, накладывали на порезы толстым слоем пахнущую прогорклым жиром мазь. Одевали, сушили волосы у пылающего огня в камине и бережно их расчёсывали, а после собирали в затейливый пучок. Всё это время я оставалась безучастной. Мне казалось, начни принимать участие в этом бреде – и сюрреалистичный сон станет явью. Поэтому я продолжала безмолвствовать, внимательно следя за участниками очевидной галлюцинации.

Спустя полчаса боль и правда стала затихать, разум прояснился, а силы действительно ко мне вернулись. При помощи Виллума и Бергит я смогла подняться и даже стоять.