Поняв, что выражение её лица почти не поменялось, добавляю.

— Заканчивай терзаться тем, что отличаешься от человеческих женщины. Я уже тебе говорил и повторю ещё раз — о такой девушке, как ты, мечтает половина мужчин империи.

Сделав шаг в мою сторону, опускает руку вниз, поправляя штаны в паху.

— Непривычно в одежде. Без неё куда свободнее и проще.

Выдаю ещё одну усмешку.

— Тут я с тобой полностью согласен. Но без маскировки нам точно не обойтись. Голая девушка с экзотическим цветом кожи не пройдёт по улицам и сотни ярдов без контакта с полицией.

Когда покидаем комнату, она внезапно решает уточнить ещё раз.

— То, что я сделана из фарфора, тебя…не смущает?

На этот раз вздох не сдерживаю. Резко развернувшись к ней, вижу смущённое лицо спутницы.

— Я просто всегда вспоминаю лица тех рабов, которых заставляли меня трахать, пытаясь оплодотворить. Омерзение, страх, ненависть — у них всё читалось на лицах.

Отвечая, уже не могу удержаться от повышенного тона голоса.

— Мой член был в тебе полчаса назад, верно? И ещё трижды вчера. Мало доказательств?

Пару мгновений колеблется.

— А вдруг это всё, ради того, чтобы выбраться отсюда? А потом я тебе стану не нужна.

Эти две фразы заставляют меня рыкнуть.

— Думай я в таком ключе — всадил бы тебе пулю в затылок и давно покинул этот особняк. Ты почти идеальная девушка — постоянно хочешь трахаться, можешь перебить десяток человек голыми руками и судя по попробованным блюдам, прекрасно готовишь.

— Почему тогда ""почти""?

Глядя на заинтересованное лицо Эмили, покачиваю головой.

— Потому что забиваешь свою голову морсаровым дерьмом, вместо того, чтобы наслаждаться жизнью. Идём — у нас ещё остались дела, а снаружи скоро наступит ночь.

Короткая беседа производит на девушку благотворное впечатление. Спустившись в арсенал, разбираемся с вооружением. Механоид оставляет себе прежнюю пару револьверов, перевесив их на новый ремень. Только добавляет к ним два солидных размеров кинжала, ножны которых цепляет рядом с кобурами. Да набирает вдоволь патронов. Я тоже остаюсь при старом оружии, озаботившись патронами к нему. С некоторым удивлением понимаю, что в арсенале только рунические боеприпасы, обычных Эммер здесь не держал.

Ещё раз изучив всю коллекцию, снимаю со стены небольшой револьвер, калибром в четыре эйла. Такие обычно таскают с собой женщины, но его основной плюс — незаметность. За счёт чего и получается аккуратно пристроить его в самом низу правой ноги, использовав специальную кобуру. А малый калибр и слабая мощность вполне компенсируются руническими патронами. Если попасть разрывной пулей в корпус, то для лёгких не будет критичной разница, какой там калибр, девять эйлов или четыре. Противник всё равно сдохнет.