Душман захрипел, задёргался, но активного сопротивления больше оказать уже не смог.

По выражению безумных глаз было видно, что он не понимал — как же так получилось? Простой советский солдат оказал такое сопротивление ему, бойцу афганского спецназа?!

В любом случае, жить ему оставалось лишь несколько минут в лучшем случае. Никто ему тут не поможет — нож вошёл по самую рукоять. Учитывая, что длина клинка была не менее двенадцати сантиметров, можно представить сколько внутренних органов пострадало при этом. Да он и без этого уже был ранее. Из-за свободной одежды, понять куда ему досталось от взрыва гранаты я так и не смог. Собственно, меня это и не волновало. Хороший враг — мертвый враг.

Оттолкнув от себя тело противника, я тяжко выдохнул. Затем быстро поднялся на колени, а через секунду уже был на ногах. Если рядом ещё были уцелевшие телохранители, нужно быть начеку… Сейчас мне повезло. Если бы я вовремя не среагировал, быть мне с сейчас с ножом в спине — откуда этот «Аист» только взялся?! После взрыва и непонятно, кто жив, а кто уже все.

Рашида нигде не было, да и группа прибывших бойцов куда-то запропастилась.

Тот факт, что я их видел вовсе не говорил о том, что они шли мне навстречу. Между этими камнями и валунами, расщелинами, подъёмами и спусками было множество проходов. Разминуться — раз плюнуть.

И все же… Стало как-то подозрительно тихо!

Спустившись пониже, я обошел огромный валун и через двадцать метров случайно оказался как раз на левом фланге минометной позиции. Тут по-прежнему лежали тела нескольких душманов, из минометной обслуги, стояли и лежали противопехотные минометы. Деревянные ящики, с темной, уже не читаемой маркировкой. Я только сейчас обратил внимание, что мин у них почти не осталось — практически вся тара была пустой, за исключением одного. Тогда какого черта они тут толпились? Почему не шли за своими товарищами?

Быстро осмотрелся — оружие, какие-то тряпки. Сумки с патронами.

И вдруг, за ящиками я увидел какую-то то ли сумку, то ли чехол, внутри которого лежало что-то большое. Рядом с ней, ещё две таких же. Внутри я разглядел какой-то плоский прямоугольный контейнер с закругленными краями и откидной крышкой. Цвет — хаки. А внутри… Черт возьми, да это же газовые гранаты! В два ряда по шесть штук. Без каких-либо обозначений, но типичного темно-зеленого цвета. Маркировка на контейнере была почти не читаемой, но я и без этого опознал советскую звезду. Это средства БОВ — боевые отравляющие вещества и черт его знает, что там внутри могло быть. От слезоточивого газа до какой-нибудь экспериментальной химии… Впервые химическое оружие было применено ещё во время первой мировой войны.