Не лучше ли такого пристрелить, а то мало ли, на что он ещё способен? Но, кажется, ему было совсем не до этого и ни о чем подобном он и не думал.

— Проблема решена? — негромко поинтересовался я, кивнув на мертвые тела.

Старик ответил не сразу — он растерянно осмотрелся по сторонам, зацепился взглядом за добитого мной моджахеда. И только потом кивнул.

— Ты о них не беспокойся! — отозвался я, уловив его мысли по взгляду. — Лучше расскажи-ка мне, кто ты, чёрт возьми, такой и почему пытался меня спрятать? Чего этим духам здесь было нужно? Почему они тебя в чем-то подозревали и удерживали здесь? Как долго и каким образом ты тащил меня сюда? Откуда у тебя навыки хирурга?

Сафир молчал, словно взвешивал мои слова.

— Ты все понял или пояснить?

— Я тебя понял, шурави. Я попробую рассказать.

— Идём обратно в наш сарай, а то здесь как-то грязно! — произнес я, продолжая контролировать взглядом старика. Вдруг он решит подобрать оружие и ударить мне в спину? У афганцев это норма.

Он наверняка уже понял, что я твёрдо перехватил инициативу и теперь сам буду диктовать правила. Но уже свои. Захочу уйти — уйду, само собой разрешение спрашивать не стану.

Более того, теперь он даст мне всё необходимое. И что-то подсказывает мне, что у него есть много полезных вещей, которые помогут мне все сделать по уму. Правда, времени не так уж и много.

— Хорошо.

— И без глупостей, да?

Сафир снова кивнул.

Мы добрались до нашего сарая, где я жил последние дни. Сели. Я зажёг масляную лампу — внутри строения сразу стало светлее. Запахло жженым."

"— Сафир, всё, что ты видел, это часть моей работы, часть моего долга… Я не собирался никого убивать, но таковы реалии войны. Если бы эти духи меня увидели, совершенно точно расстреляли бы.

Так что не удивляйся тому, что я с ними сделал. Кстати, откуда у тебя советские минометные мины?

— Мины? — удивился старик. Видно было, что он удивлён и не фальшивит. — Какие ещё мины?

— В том самом тайнике, где ты меня спрятал, были спрятаны две мины, предназначенные для советских 82-миллиметровых миномётов. Мины старые, лежали тут довольно давно. Зачем они тебе?

— Они не мои… — не сразу ответил он. — Это моего старшего сына.

— Ты ведь не афганец, так? — прищурился я. — И имя у тебя странное.

— Нет, я не отсюда. Я родом из Таджикской ССР, из небольшого городка на юге. Здесь живу с шестьдесят восьмого года. Ушел в горы, с началом войны. В Союзе я действительно был хирургом, до войны работал врачом в одном из городов. У меня двое сыновей, младший перед самым началом войны уехал в Пакистан, а старшего убили уже советские солдаты во время засады на одну из ваших автомобильных колонн. Это его тайник. Раньше в нём было оружие, но я выбросил его, мне оно ни к чему. А о том, что там ещё и мины есть, я не знал.