С одной стороны, он – успешный активист, создатель и руководитель пацифистски настроенной организации «Аква Матер», защитник природы, с другой – тайный торговец человеческими органами, преступно изъятыми у своих же последователей. Конечно, делал он это не своими руками, для этого существовала целая сеть черных хирургов, но поставщиком «живого товара» был он, Королев А. Д. Под видом туров на Ближний Восток он отправлял туда группы ничего не подозревающих жертв, которые обратно уже не возвращались. В наши руки попали отчеты и некоторые другие документальные данные по этому вопросу. В этом смысле наши предположения оправдались.

Но самое интересное – свою преступную деятельность Гуру начал с подачи… кого бы вы думали? – Левашов уперся в меня строгим взглядом. – Вашего знакомого Блэка. Это он вдохновил или каким-то образом заставил Королева А. Д. стать на этот путь и даже изначально профинансировал проект. Это вытекает из их переписки: Блэк постоянно напоминает Королеву А. Д., кому тот обязан своим теперешним положением, и требует усилить активность. Мотивы этого давления нам еще предстоит выяснить, но в имеющихся у нас документах из папки «Туризм» (надо же – какое название!) есть косвенные указания на такое начало.

– Гуру и Саймон вместе воевали в Камбодже, – рискуя получить очередное замечание полковника, напомнил я.

– Это многое проясняет. Мы знаем о преступной деятельности Саймона, но вот о том, что они пересеклись с Королевым А. Д. в 1970-е годы в Азии, нам пока практически ничего не известно. Вот видите, Сергей Иванович, ваша работа дала результаты. Правда, с королевыми в Камбодже напряженка. Но это уже дело второе, возможно, на каком-то этапе он поменял фамилию. Вот здесь, – полковник достал из ящика стола и протянул мне флешку, – подробности того, о чем я вкратце сейчас вам доложил. Изучите на досуге. Даю вам день на отдых и адаптацию.

– А потом?

– Потом – продолжение работы. Гуру надо обезвредить. И здесь вы нам снова понадобитесь.

Совещание закончилось. Я вышел на улицу. Над Москвой висели серые тучи, сыпал колючий мокрый снег – начиналась зима. Я был потрясен услышанным, однако наслоившаяся позже информация, а в особенности доброжелательный тон, с которым Левашов проводил меня до двери кабинета, действовали как обезболивающее. Но рано или поздно полученная рана должна была открыться.

Глава 35

И она открылась. В тот же день. Меня как будто вырвало: накопившиеся за последние дни негативные эмоции разбухли и хлынули наружу. Что там это дурацкое модное слово «дискомфорт»! Слабый тепличный комментарий! Меня в буквальном смысле крутило и разрывало, видимо, еще и потому, что все это время я пытался сдерживаться, сконцентрироваться на текущих действиях.