Имея двух старших братьев, у которых периодически детство в энном месте играть начинает, я к их поведению относилась с долей философии, следуя мудрой русской присказке на новый лад: «Чем бы дитя не тешилось, лишь бы водки и баб не просило!». И нет, меня не поразил до глубины души ассортимент тех самых, пресловутых тараканов, представленный во всём своём разнообразии, буйстве и великолепии.

В конце концов, и не такой видеть приходилось. Да и у самой хватает собственных странностей и причуд. Но этот… Этот…

Да я даже слов не могу подобрать, что бы выразить всё, что сейчас думаю о Верещагине, чёрт бы его побрал!

Глубоко вздохнула. Снова взъерошив волосы и вспоминая заново прошедший день. Который оказался не только богатым на события и приключения, но и на внеплановое выступление чужих тараканов, устроенное «добрыми» потенциальными клиентами нашего клуба.

Для начала, когда я на следующий день после своего первого  знакомства с клубом, пришла на работу – меня стиснули в медвежьих объятиях, подкравшись из-за угла. Особо против я ничего не имела: успев порядком замёрзнуть и жутко не выспавшись, я с каким-то странным блаженством прижалась к тёплому мужскому телу, чувствуя себя почти человеком."

"Правда, до тех пор, пока незваный любитель обнимашек не решил подать голос и не рассекретил собственную личность.

Услышать от Олежека «Моя ледяная прелесть» было не тем, с чего мне хотелось бы начать  работу. А уж то, что меня ещё и отпускать не очень-то хотели, так и вовсе понизило градус любви к окружающему миру до отрицательной отметки. И в ответ на такое проявление чужого внимание к моей скромной персоне, я более чем прохладно попросила меня отпустить и позволить, наконец, добраться до своего кабинета.

Наивная… Какая же я была наивная!

До кабинета меня доставили, ага. Попутно пытаясь поинтересоваться, не передумали ли я насчёт свидания, и не последовала ли я принципу «Газпрома», решив исполнить чужую, долгожданную мечту. В ответ я посоветовала купить губозакаточную машинку и, если уж так приспичило, самому поискать телефон руководителя крупного газового гиганта и попросить его исполнить все извращённые желания одного конкретного человека.

Верещагин, как ни странно, не обиделся. Только посмеялся, щёлкнул меня по носу и скрылся в неизвестном направлении, оставив меня у кабинета с недоумением взирать на…

Кактус. Даже два кактуса: один маленький, с кокетливым красным бантиком на столе и самопальной открыткой, а второй, полутораметровый, на месте бывшего фикуса. И тоже с бантиком, правда серебристым и открытка явно была не в промтоварах куплена и не за три копейки.

Впрочем, этот вопрос меня волновал сейчас в самую последнюю очередь.