Я позабыв об осторожности, провела по ней пальцами, пробормотав вслух:

- Харлей Дэвидсон…

И выпрямилась, отступив на полшага назад, невольно врезавшись в грудь подошедшего неслышно Олега. Тот обхватил меня за талию, не давая потерять равновесия и прижимая к себе крепче.  А я продолжала пристально, с изрядно долей восхищения разглядывать его личного зверя, с невольным уважением понимая, что он – не выставочный экземпляр. Не коллекционная модель, над которой трясутся и бояться лишний раз двигатель завести, о нет."

"Это был дикий зверь, безудержный, сильный, который покорился всего оному человеку и который с удовольствием нёсся вперёд на всей возможной скорости, подчиняясь воле своего седока. От этого почему-то захватывало дух и покалывало внизу живота. Я никогда раньше не видела таких байков, я никогда не касалась их…

И поэтому сейчас не могла оторвать глаз, невольно завидуя тому, кто мог безбоязненно коснуться красавца, почувствовать под собой его силу.

- Нравится? – горячий шёпот обжёг ухо, напоминая мне о том, что я здесь не одна. И я могла бы поклясться, что в голосе Олега сквозила отчаянная надежда на положительный ответ. Он даже прижал меня ещё крепче, потёршись носом о моё плечо.

- Да, - тихо усмехнулась, уже привычно откинув голову ему на плечо и задумчиво кивая в ответ на собственные мысли. – Тебе подходит. Точнее не так… Вы друг другу подходите. Дополняете, да…

- Погоди, ты ещё байки остальных не видела, - а самого Верещагина так и распирает от гордости и удовольствия. И скрыть это у него не получалось, не смотря ни на что.

Я на это только понимающе хмыкнула, машинально потирая вновь занывшее запястье. Какие же они всё-таки ещё мальчишки! И не важно, что всем давно за двадцать, а кому-то хорошо за двадцать пять. И совсем не имеет значения то, что они вроде как взрослые мужики, готовые совершать серьёзные поступки и брать на себя ответственность за них. И уж точно, совершенно ничего не меняет тот факт, что один из них только что вывел целую теорию о том, что каждому байкеру предначертан свой байк, и своя девушка, нет.

Они всё равно жаждут одобрения своих увлечений и горят желанием узнать, что вот именно их игрушки, они ведь гораздо, гораздо лучше, чем у товарища по клубу.

- Думаешь, они мне понравятся больше? – в ответ на такой невинный вопрос меня сжали крепче в объятиях и обиженно засопели.

После чего пробормотали, уткнувшись носом мне в плечо:

- Аришка Михин выбрала…

- Дурак ты, Верещагин, - тихо засмеялась, качая головой и поглаживая напряжённые руки на своей талии. Припомнив, какие страсти кипели между одним из владельцев клуба и простой девочкой-официанткой, ради которой вся эта банда даже материться резко отучилась, я только тихо фыркнула.