Но пока Руслан осаживал его порывы. За месяц мануфактура могла выдать на-гора не более трёх тысяч листов писчей бумаги.

В рамках даже такого захолустного городка, как нынешний Пятигорск, это было очень мало. Так что предстояло решить вопросы снабжения цеха старьём и опилками, а также вопрос увеличения станочного парка. Не стоило забывать и про работников. Сейчас в цеху управлялись подростки казачата, получая за свою работу не самое большое жалованье. Для мальчишек и это было серьёзно. Но если задумываться о серьёзном расширении, то этот вопрос нужно будет решать радикально. Мальчишками тут уже не обойдёшься.

К тому же рано или поздно казачата должны будут вернуться в семьи, когда придёт их срок становиться в строй. Ведь сейчас в цеху работали в основном младшие сыновья Руслановых казаков. И им дело, и семьям прибыток. Внимательно выслушав всё сказанное Шатуном, граф задумчиво покивал и, вздохнув, проворчал, доставая из портсигара очередную папиросу:

– Ну, и откуда будем людей брать? Всё одно расширять дело надо. Уж больно удачно всё получилось. И доход имеем, и базар под присмотром, и люди мои, которые уже работать по нашей части не могут, при деле.

– Заказать ещё одну мельницу я могу. Это не проблема. Чан побольше поставить тоже не сложно. С листами латуни тоже дело не долгое. А вот откуда сырьё брать станем, вот вопрос, – задумчиво протянул Руслан.

– Тебе старого тряпья мало? – удивился Рязанов.

– Опилок мне мало, Миша. Одним тряпьём тут не обойдёшься, – вздохнул Шатун.

– Под Кисловодском лесопилка имеется, – помолчав, ответил майор. – Хозяин её лес на доски пилит да всяким плотникам да столярам продаёт.

– Ты его знаешь? – заинтересовался Руслан.

– Не особо. Слышал только, что там купец какой-то всё затеял, а сейчас вроде какой-то управляющий всё решает.

– Надо бы туда съездить, – проворчал Руслан, потягиваясь. – Пожалуй, завтра с казаками прогуляюсь.

– Сам? Не много ли чести будет, чтобы офицер такой мелочью занимался? – фыркнул майор.

– Миша, не дури. Это сырьё для нашей мануфактуры, – усмехнувшись, напомнил Руслан. – Тем более что мне всё одно на те опилки самому посмотреть надо.

– А чего на них смотреть? – не понял Рязанов. – Опилки, они опилки и есть.

– Опять мимо, – фыркнул Шатун. – Одно дело, опилки от сухой доски, которые из-под пилы столяра сыплются, и совсем другое, когда они от сырой доски, да ещё и от пилы с крупным зубом. Они гораздо размером больше.

– И что? – снова не понял Михаил.

– А то, что их вываривать придётся дольше, чтобы из бумаги потом сучья не торчали, – хмыкнул Руслан. – Чем однороднее масса, из которой отливается бумага, тем сама бумага глаже. А вообще, придётся и этот процесс, похоже, механизировать.

– Ну, тут тебе виднее, – тут же вывернулся майор.