Постепенно я углубился на территорию базы, и под ногами захрустел снег. Подмораживало.

– Лед, тебя не видно! – сообщила по рации Вера.

– Возвращаюсь! – отозвался я.

Самое главное я уже сделал – отыскал окно. Оно располагалось в подвале трехэтажного кирпичного здания, меня туда так и потянуло. Но не стал спускаться в одиночку, разумеется. Ну его на фиг.

Хоть и не видно на снегу свежих следов, да и вообще следов почти нет, но мало ли на кого нарваться доведется? Ведьмы за ночь очухаются, вот и прикроют утром.

Я обошел территорию лагеря по кругу и с противоположной от дороги стороны заметил в кустах синий фургончик бытовки.

Стоял тот наособицу, примерно между лагерем и лесом, неподалеку от оврага с ручьем. Снега там уже не было, и на земле чернело старое кострище.

Действительно старое – просто угли меж травы. Явно жгли, когда еще снег лежал.

Здесь охрана кондуктора дожидается? Скорее всего, так и есть.

Окна были закрыты деревянными ставнями, на двери висел солидный замок. Надо же какие единоличники!

Нехорошо.

Я обошел вокруг вагончика и вызвал по рации Напалма и Веру. Вслед за ними подтянулись ведьмы.

Котелок они принесли с собой, суп из пакета оказался уже готов.

– Что скажете? – указал я на бытовку.

Лика сотворила какое-то простенькое заклинание и сморщилась при этом, словно от зубной боли, но результатом осталась довольна.

– Годится, – вынесла она вердикт и спросила: – Яна, на ночь сможешь прикрыть? Завтра дам тебе отдохнуть.

– Хорошо, – кивнула девушка. – Сделаю.

– Еще внутрь надо попасть, – хмыкнул я, подошел к двери и опустился на корточки, разглядывая массивный замок. Заодно обратил внимание на вбитый снизу гвоздь. Намотанная на него проволока тянулась куда-то под вагончик, а когда опустился на колено и заглянул вниз, то без всякого удивления обнаружил, что ее конец уходит в алюминиевую банку из-под пива.

Взламываешь замок, распахиваешь дверь и получаешь чем-то осколочным по ногам. Зимой-то в снегу проволоку точно не заметишь.

А вот это уже не просто нехорошо, мерзко это. За такое не только окно отжать не грех, но и обитателей бытовки тут же прикопать.

Я аккуратно размотал с гвоздя проволоку и подозвал Напалма.

– Вскроешь?

– Как два пальца об асфальт! – гордо заявил пиромант.

– Осторожней! – предупредила его Вера."

"Напалм провел пальцами по железной пластине, к которой крепилась дужка замка, и сразу запахло горелым деревом. От двери потянулся легкий дымок.

– Пожар не устрой! – забеспокоился я.

Пиромант фыркнул и отступил от вагончика.

– Готово! – объявил он с гордостью и как бы ненароком вытер тыльной стороной ладони потянувшуюся из левой ноздри струйку крови. Шрам на его щеке, очертаниями напоминавший Африку, покраснел и заметно припух.

– Умойся, – указал я на ручей.