– И что ты делала в чужом доме?

Я представила, как мое поведение выглядело со стороны – посреди ночи вылезла из чужого двора через щель в заборе…

Тут я вспомнила старую мудрость, что лучшая оборона – это нападение, и выпалила:

– А ты-то сама что здесь делаешь посреди ночи? Что под чужими заборами шляешься? Вынюхиваешь, высматриваешь… следишь за соседями?

Хозяйка собаки, должно быть, в первый момент растерялась от моей наглости и ответила:

– Собаку свою выгуливаю… Цезаря… ему вдруг посреди ночи приспичило…

Но тут она опомнилась, сообразила, что мы с ней находимся не в одинаковом положении, и рявкнула:"

"– Ты мне еще будешь вопросы задавать? Я сейчас полицию вызову! Скажу, что ты в соседский дом пыталась залезть с целью грабежа! А может, уже и того? Уже прихватила что-нибудь? Или Цезаря на тебя спущу! Он с тобой живо разберется!

Я не на шутку испугалась: ротвейлер с надеждой посматривал на хозяйку, он только и ждал команды, чтобы наброситься на меня.

И тут в голове у меня зазвучал знакомый голос:

«Разжалоби ее! Заплачь!»

И что вы думаете? Я разрыдалась, как по заказу.

Настоящие слезы ручьем потекли по моим щекам, горькие рыдания сотрясали тело! Никогда не замечала за собой таких актерских способностей! А может, так повлияли на меня невероятные события последних дней и слезы были вполне искренними?

При виде моих слез хозяйка ротвейлера малость растерялась. Она вообразила, что так на меня подействовали ее угрозы, подошла ко мне и смущенно проговорила:

– Ну что ты? Что ты? Это же я не всерьез… неужели ты думаешь, что я и правда могу спустить собаку на человека, тем более на женщину?

– Отведи… отведи свою собаку! – выпалила я.

 – Я от испуга могу ребенка потерять!

– Ребенка? – ахнула женщина. – Так ты беременная?

Я молча кивнула.

– Да не бойся, Цезарь тебя не тронет! Это я так, припугнуть тебя хотела! Вижу, лезешь из-за забора… что я должна была подумать? Но ты не плачь, не плачь…

– Я не из-за тебя плачу! – прогундосила я сквозь рыдания. – Это я из-за него! – при этом я бросила выразительный взгляд в сторону дома.

 – Из-за Вадима! Бросил он меня… нас… меня и двоих детей… и денег не дает… а тут еще третий будет… – и я снова безутешно разрыдалась, будто сама поверила в свою историю.

– Муж? – ахнула женщина.

– Ну, в общем-то, муж, – вдохновенно врала я, – мы, правда, не регистрировались, он все не соглашался, говорил, что нам и так хорошо… но уже много лет вместе, и дети опять же, так что, считай, муж.