Оставаясь в одиночестве перед сном и ложась в огромную пустую постель, когда на меня снова накатывали переживания, я позволяла себе немного погрустить и поплакать.

А утром умывалась ледяной водой и снова делала вид, что продолжаю просто жить в режиме бесконечного ожидания хороших новостей.

Я понятия не имела, сколько времени нам придется провести на земле Дайлена Кори и стоит ли начать по-настоящему обживаться, облагораживать или выращивать здесь что-либо, если рано или поздно мы отсюда улетим. Но вместе с этим осознавала, что, не занимаясь ничем, я просто сойду с ума, поэтому попросила деда помочь мне с закупкой семян и возвращением к жизни оранжерей и садовой техники.

Господин Лиер сразу честно рассказал, что довольно богат по меркам Тирии. И все, что он имеет — это мое наследство, поэтому финансовый вопрос вообще не должен меня как-то волновать. Если я решила продолжить заниматься и в Тирии своим любимым делом и навести порядок в нашем вре́менном обиталище — дед будет только за.

К тому же скоро меня призна́ют гражданкой Тирии по праву крови, что сулит мне огромную компенсацию от властей системы за все годы, проведенные за ее пределами. Девочкам-тирианкам ведь с рождения предусмотрено полное государственное обеспечение, которое я не получала.

Трей и сам сразу же увлекся процессом и новой для себя деятельностью, потому что чахнуть и бездельничать в одиночестве в своем доме на Дие, уже давно находясь в отставке, ему до одури надоело.

А здесь...

Столько всего, чем можно заняться. Столько всего, что можно изменить и вернуть к жизни.

Теперь с плодовыми деревьями работали новенькие сборщики и роботы.

А сейчас я запустила одну из пустующих оранжерей, которые Дайлен отдал нам в пользование.

Решила посадить цветы, очень похожие на земной “львиный зев”, который благодаря людям давно начали выращивать и на Вердане, Фиросе и Нуме.

Тирианцы называли их “торнис”. Вид у этих цветков были практически таким же: колосковые соцветия самых разных оттенков, в том числе экзотичных для меня-землянки черных, синих и ярко-зеленых цветов.

На “Экране” подобные растения использовались для декоративных целей, а здесь требовались для производства медицинских препаратов, так как в Тирии, как и в Содружества, для лечебных целей было в ходу и синтетическое, и натуральное сырье."

"Господин Кори тоже присутствовал рядом на финальной стадии открытия оранжереи, потому что я сама пригласила его накануне поучаствовать в запуске своего первого личного “Оазиса” в Тирии.

Я была искренне рада тому, что он пришел, потому что поставила себе цель хоть как-то растормошить угрюмого и погруженного в себя мужчину.