А вслух только протянул с заметным сомнением:

— Павел Алексеевич? Убийца? Ну, не знаю…

— Вот я тебе и рассказал, дал пищу для размышлений. Официально с Мытько мы ничего сделать не можем, состава преступления нет, а вы там сами решите, как поступить с этой информацией.

— Спасибо, Сергей Альбертович, — я встал. — Очень ценная информация. Вкусный чаек, давненько такого не пил.

— Заграничный, — довольно кивнул Булкин. — Сослуживцы бывшие поставляют, не забывают меня.

Мы попрощались, и я поспешил к Горохову. Рассказал нашим про Мытько.

Пришлось заодно выложить его тайну, что он имел амурные отношения с Солнышкиной.

— Что же ты сразу не сказал про их шуры-муры? — громыхал Горохов.

— Его бы тогда исключили из числа экспертов, допущенных к делу, — честно ответил я. — А Мытько работник опытный, да и свой судмед нам бы не помешал — я его давно знаю.

— А теперь выясняется, что любовница его беременна была, выходит, от него. Вот вам и мотив, товарищи… — затряс кулаком Горохов. — Дайте я расскажу, как все было… Солнышкина его шантажировала ребенком, грозилась все рассказать его жене.

Просила уйти из семьи, или, может, просто денег требовала. А он убил ее, чтобы избавиться от неудобной пассии и не дать разрушить свой брак. При этом знал, что в городе орудует маньяк, и обставил все так, чтобы подумали на Мясника.

Я поморщился.

— Как-то немного притянуто, Никита Егорович, — пожал я плечами. — Вам не кажется?

— Нет! Вы же сами со Светланой Валерьевной говорили, что третья жертва не вписывается в концепцию серийника. Мол, женщина и совсем не хищник.

А Мытько подбросил ее тело на место преступления, на котором раньше сам был в качестве эксперта-медика. А мы еще гадали, почему первая жертва найдена в другом месте, а вторая и третья — в одном и том же. А это просто товарищ Мытько в имитатора поиграл. Но ошибочку он сделал — труп Солнышкиной ему надо было в другом месте все же оставить. Выглядело бы правдоподобнее.

— А как же ленточка? — спросил Катков.

— Какая ленточка? — нахмурился Горохов.

— Красная, она обнаружена на месте второго убийства и последнего.

— Ну, вот, — развел руками следователь. — На месте первого же нет этой самой ленточки, а на втором была, и Мытько там был, заметил это. Видел и слышал, как мы ее обсуждали и изымали. А она, скорее всего, случайно там брошена оказалась. Но он решил сей факт использовать для запутывания следов и под серийность убийство женщины подогнать.

Горохов ходил вдоль стола и рубил рукою воздух, как бы подчеркивая, что выводы эти — сами собой разумеющиеся, и спорить тут нечего.