Булкин, судя по всему, не особо любил тешить свое самолюбие, и даже очередь перед своим кабинетом не создавал, как это любили делать его предшественники, распивая чаи с замами в неспешной беседе, пока под дверью толчется народ рангом пониже с бумажками на подпись.

Я открыл наружную дверь (как и полагается в таких кабинетах, двери было две, чтобы не подслушивали — и, в обратной закономерности, бубнежом своим не мешали) и постучал во внутреннюю, повернул ручку и наполовину уже вошел:

— Разрешите?

Вопрос не праздный, выказывает уважение к хозяину кабинета.

По должности, формально, я выше начальника территориального органа. Почти любой простой инспектор в аппарате МВД СССР значился по иерархии на уровне полковника «на земле». А моя штатная единица входила в особую спецгруппу, которая теперь, с недавних пор, подчинялась напрямую заместителю министра — несомненные свои плюсы и в том, что отдел кто-то пытается расформировать, в качестве защиты можно иногда получить положение понадежнее. В общем, я далеко не простой инспектор, но пользоваться своим положением не любил и с местными (если они сами пальцы, конечно, не гнули) контактировал дружелюбно и на равных.

— Входите, Андрей Григорьевич, — Булкин встал из-за стола и шагнул навстречу.

Мы пожали друг другу руки. Цепкие у него пальцы. Я еще раз, пусть мельком, оглядел кабинет. Дверца шкафа приоткрыта, и оттуда виднелся болотного цвета КГБ-шный китель, оставшийся у полковника еще с прошлого места службы. Видно, что берег он его, возможно, еще на праздник на день «Советской армии» надевает.

На мундире я заметил не только наградные планки, возглавляемые характерной лентой ордена Красной Звезды, но и узнаваемый нагрудный знак парашютиста рядом с армейским ромбом со звездой.

Про Булкина я уже справки навел давно. Биография его относительно стандартна, типичная для силовиков высшего эшелона. После школы закончил Новосибирское высшее военно-политическое общевойсковое училище имени 60-летия Великого Октября (НВВПОУ), служил в ВДВ замполитом роты, проявил себя там отлично и был приглашен на службу в особый отдел КГБ. После нескольких лет службы в особом отделе перевелся в территориальный орган конторы — то есть, в областное УКГБ.

Дважды выезжал в командировки в ДРА, даже был ранен тамошними моджахедами. Награжден орденами и медалями. В 1983 году, после завершения лечения и реабилитации, переведен в органы внутренних дел на должность заместителя начальника 7-го отдела областного УВД. Ну, а в 1986-м назначен начальником в Новоульяновске вместо Сафонова.

— Давай на ты, Андрей Григорьевич, — неожиданно предложил Булкин, указав широким жестом на стул.