Ее сейчас осматривал Ильин.

Терехин бросился в комнату Кристины. На Офелину было страшно смотреть – все тельце, лицо, ножки, руки покрылись сыпью.

Матильда плакала, винила себя. Галочка, напротив, себя выгораживала.

– Реакция организма на новый продукт. На какой точно, сказать не могу, – дипломатично резюмировал Илья Ильич. – Надо исключить все.

– Это невозможно! Ребенок должен получать питание! – закричала Галочка, словно Ильин был виновником всех бед. – На глюкозу не бывает аллергии, реакцию вызвал чужеродный белок.

– Да, на глюкозу практически не случается аллергии, а вот на неправильную дозировку вполне.

– На некачественный, плохо очищенный препарат тоже вполне, – не осталась в долгу бывшая.

– Коза! – заорал Ванька Галочке в лицо.

Поэтесса покраснела и выкатила зенки, губы ее тряслись от обиды. А Терехин крепко обнял бывшую, чмокнул ее в пунцовую щеку и понесся сломя голову в парк. В голову ему пришла гениальная мысль. Он нашел реальный выход, который спасет Офелию.

По дороге ему встретился Лукин. Сеня на идею отреагировал вяло, но присоединился к спасательной операции. Ванька обрадовался – лишние руки определенно не помешают.

Глава 14

КОЗА БОЗА ДЕРЕЗА

Дождь кончился, небо очистилось от туч, солнце играло россыпью бриллиантов на листьях деревьев и кустов, над полевыми цветами танцевали бабочки и пчелы, на лопухах грелись божьи коровки, громко щебетали птицы, радуясь хорошей погоде. Пахло медом и сочной травой, и с трудом верилось, что смерть ходит поблизости. В голову помимо воли полезли последние стихи Галочки:

Слышу топот за спиной!Могильный мрак идет за мной!Касается рукой, лопатки холодит,В затылок сумеречно дышит.

Я плачу в голос!Но никто меня не слышит…Ванька поежился. Выходит, права оказалась Галка, в первый же вечер почувствовала неладное. Какой-то невероятный хоровод несчастных случаев и смертей. Поверишь тут в мистику. Снова вспомнилась тень в окне, которая померещилась ему, когда он шатался вокруг конезавода. Может, то было привидение? Призрак графа Беркутова наблюдал за ними из окна второго этажа?

– Это самое, а ты уверен, что в той козе есть молоко? – отвлек его от сумасшедших мыслей Сеня, шлепавший рядом по влажной траве. – У моей бабки козы были.

Точно не помню, как у них там все устроено, но вроде бы молоко появлялось у коз только после окозления.

– Возможно, и так. Только пока мы не найдем Маруську, не узнаем, было у нее окозление или нет. Надеюсь, что было. Для малышей козье молоко самое подходящее после материнского, разбавить только водой его надо, потому что жирное. Я на форуме бабском читал, – с азартом сообщил Терехин, прислушиваясь и приглядываясь, как охотник.

– А я где-то читал, что ослиное самое подходящее, – возразил Сеня.