Хватило одного мимолетного взгляда на этого молодого мужчину, чтобы нутро скрутило жгутом, и она с тоской вспомнила, сколько ей лет и как давно она не предлагает своих услуг. Жаль. Она бы… Мадам Ирмис пришлось одернуть себя. Нельзя поддаваться эмоциям.

Да, к ней пожаловал видный самец, да простят её многоуважаемые мужчины. Высокий, даже не статный, а именно мощный. Черный плащ лишь подчеркивал ширину его плеч. А уж когда он его скинул… Мама дорогая! Мадам Ирмиса даже на несколько минут позабыла, как дышать. Вспомнила и цинично усмехнулась в душе, которая вот таким чудесным образом дала о себе знать. Поздновато смотреть на мужчин, ох, поздновато.

А когда Ирмиса услышала, что он от неё хочет, то подумала, что мир медленно сходит с ума. Вот вы что угодно делайте и говорите, но даже она, прожженная владелица публичного дома, повидавшая на своем очень долгом веку, казалось, всё, что можно, не могла поверить, что ТАКОЙ самец предпочитает находиться «снизу» в интимных отношениях. Продаваться? Он? Помилуйте.

— Вам не стоит ни о чем беспокоиться, — от его хриплого низкого говора бросило в дрожь. — Ваша услуга будет достойна оплачена. Мне лишь нужна девушка. Приятная внешне. Желающая провести ночь с мужчиной, без дальнейших обязательств. Можно, вдову. Даже, наверное, желательно. Но не принципиально.

Мадам Ирмиса смотрела на него, силясь не выказать нарастающее удивление. То есть этому молодчику всё равно, с кем проводить ночь? О, темные силы! Да что же творится-то, господа хорошие!

Она постаралась изобразить понимание.

— А внешность?

— Я же сказал — приятная, — в его голосе скользнуло раздражение. — Полненькая, худенькая, высокая, низкая… Мне всё равно. Лишь бы не вызывала отвращения.

Мадам Ирмиса растерялась. Вот честное слово.

— Хорошо, — медленно проговорила она, лихорадочно думая, как правильнее поступить. — Будет Вам девушка.

А уж когда она увидела туго набитый монетами кошель…

Он оказался довольным.

И пришёл снова.

И снова.

Сказал, что будет приходить раз в год. Накануне весеннего лунного потока."

"Сегодня всё было чуть иначе. Мадам Ирмиса волновалась. Ох, не зря ли они с систрис Диярой всё затеяли? Не зря ли… Сердце стучало, как сумасшедшее. Ирмиса шла наперекор воли клиентов. Но что есть воля клиентов, когда вмешивается сама Судьба?

Мадам потряхивало. С кем она связывается! Стоило вспомнить, что с ней было, когда он обнажил лицо, показав себя. Да с ней едва инфаркт не приключился! И сейчас она подтасовывает карты, меняет линии жизни.

Что творит….

Но выбор сделан. Карты легли.

Он, перекинув черный плащ через руку, опустился в кресло, вытянув вперед длинные ноги в кожаных сапогах со шпорами.

— Вы прекрасно выглядите, мадам Ирмиса.