Я все это вижу так ясно, как если бы сам там был. Неяркий свет, оркестр играет медленный вальс, в общем, все как полагается.

— В пиццерии Сен-Морон нет оркестра. Я это знаю, сам там был.

Таркен поднялся, наставил указательный палец на галстук Грацци, обошел стол и проговорил:

— Эх ты, недотепа, вот ты и попался, а я соображаю, работаю головой, тут недостаточно просто куда-то ездить. Может быть, там и нет оркестра, но будь уверен, играло радио или был включен телевизор.

— Не понимаю.

— Да ты никогда ничего не понимаешь. Тебе случалось в среду вечером слушать радио? Как ты думаешь, какое сообщение добрая половина людей ожидает по средам? Результатов последнего тиража Национальной лотереи, недотепа.

Грацци ответил: пожалуй, так, но не следует из этого раздувать целую историю, какой тут вывод?"

"— Она, конечно, не подпрыгнула от радости, — продолжал Таркен, — она сохраняла невозмутимость, даже не пикнула, только вид стал мечтательный. Так что ее дружок почти и не обратил внимания, только спросил: «Что это с тобой? Ты устала?». А она ответила: «Да нет, малыш, пустяки. И потом, я не совсем уверена».

Потому что она и впрямь не была уверена. Она, видимо, дождалась, когда окажется в номере. И пока этот тип спокойно укладывался в постель, взглянула на свой билет. Говорю тебе, я все это вижу так, как если бы сам там был.

Он притушил окурок, взглянул на часы, взял трубку — как раз зазвонил телефон — и успел бросить Грацци:

— Она личность, твоя красотка.

Он постучал себя по груди, сказал: «алло». Грацци грыз ноготь большого пальца, думая о белье, которое было помечено буквой «Ж», о молодой черноволосой женщине, которая в четверг, выходя из гостиницы, купила газету, желая убедиться, что выиграла достаточно денег и может купить себе новый «дофин» со своими инициалами на дверцах, о тридцатилетней женщине с серьезной и внимательной улыбкой, сумевшей скрыть от посторонних глаз и удивление, и радость, и то, что ей никак не удается уснуть, но не сумевшей сохранить свои семьсот тысяч франков.

16 часов 20 минут.

Лотерейный билет номер 51708 был предъявлен к оплате неизвестным лицом 5 октября около 11:30 в отделении Национальной лотереи на улице Круа-де-Пти-Шан в Париже.

Кассиры запомнили человека, который явно нервничал, пряча свои семь тысяч новых франков в новеньких купюрах в старый кожаный бумажник.

Они наверняка смогли бы его опознать. Память на лица — обязательное требование к людям их профессии.

Приметы: 35—40 лет, лицо длинное, нос длинный, шатен, волосы зачесаны наверх, чтобы казаться выше, рост приблизительно метр семьдесят, худой, цвет лица бледный, серое пальто, без головного убора.

16 часов 30 минут.

Жуи позвонил из бара неподалеку от дома, где жило семейство Гароди.