На меня смотрела подушка. В верхней ее трети кто-то нарисовал очень темным фломастером две жирные дуги. Под ними были щели, далее располагались два здоровенных яблока, еще ниже наблюдалась пара сине-розовых сосисок, под которыми висело нечто квадратное.

– Как вам эффект? – запела Ольга. – От души колола! Синячков совсем не видно. Нравится?

Я попыталась ответить, но «сосиски» не шевелились, из меня вырвалось лишь: «М-м-м… Бм… Дм…»

– Заморозочка не прошла, – объяснила Майорова. – Отведу вас в комнату отдыха. Попьете кофейку, и станет легче.

– М-м-м, – промычала я.

Дверь кабинета открылась, передо мной появилась женщина средних лет в белом халате.

– Сонечка, проводи даму в нашу юдоль отдыха, – пропела Майорова.

Медсестра молча кивнула, а потом тихо сказала:

– Следуйте за мной, пожалуйста.

Я двинулась за женщиной. Словосочетание «юдоль отдыха» звучит странно. Слово «юдоль» – устаревший синоним существительного «долина». Есть выражение «юдоль печали». В современной речи его используют, когда говорят о тяготах жизни, о сложных ситуациях, непростых заботах. Про «юдоль отдыха» мне до сих пор слышать не доводилось.

Пройдя по длинному коридору, я оказалась в просторной комнате. Там на диване сидел некто в брюках и пуловере. Сейчас трудно определить по одежде, кто перед тобой – мужчина, женщина, подросток. Только дамы и представители сильного пола, которым перевалило за шестьдесят, выглядят так, что я не путаюсь. Бабушки – в красивых платьях, юбках, блузках, туфельках на небольшом каблуке, с милыми сумочками. Дедушки – в выглаженных рубашках, брюках со стрелками, в начищенных ботинках.

– Укололась? – весело спросил некто и опустил руку, которой закрывал лицо.

Я ойкнула и сообразила, что вижу свою коллегу по инъекциям. Женщина рассмеялась и опять приложила к щекам пакет со льдом.

– Первый раз?

Я хотела ответить «да», но из меня выпало: «М-м-м… а, м-м-м!»

– Не волнуйся, – начала успокаивать меня незнакомка, – через полчасика заморозка отойдет, губы снова зашевелятся. Оля колола? Майорова? Она лучшая!.. Мари! Меня так зовут. Нити я вставляла у Зины. Глянь, ни одного синяка. Если пойдешь поднимать брыли – только к ней. Начнут другую предлагать – конкретно отказывайся! Живот делай у Кати, задницу – исключительно у Елены Михайловны оформляй, жировой лифтинг – к Павлу Петровичу. Липосакция – фигня, откачают немного, сразу нажрешь. Грудь – Карен! Остальные тебе такое намастерят!.. Не унывай! Нужен год! Через двенадцать месяцев ты уже будешь не дохлой лошадью, а юной девушкой. Стройной! Щечки-яблочки, попа петушком, губки бантиком, никаких морщин и сиськи не уши спаниеля! Не переживай, станешь прямо конфеткой с ромом. Нитки вставишь, кончик носа поднимешь.