Мой протеже останется у вас, — кукла показала на себя. — Как только вы будете готовы к переговорам, трижды постучите ему по лбу, и я с вами свяжусь. Тогда мы и обсудим условия личной встречи. Обращаю ваше внимание, что мы нужны друг другу. У вас есть люди и ресурсы, а у меня технологии. Вместе мы победим. А когда этот день наступит, разделим «добычу» по справедливости.

— Схватить их!!! — заорал король.

— Не так быстро! — кукла закрыла Софию, пока та вытаскивала из лифчика литровую колбу с порошком. — Если вы хоть пальцем тронете мою помощницу, то она взорвёт вас вместе с собой.

— Стойте! — Эдуард одёрнул стражей.

— Возможно, если Ваше Высочество успокоится и придёт в себя, то мы прямо сейчас договоримся о встрече. Это сэкономило бы нам уйму времени, — предложил я. — Не воспринимайте меня как угрозу, я был вынужден пойти на этот шаг, чтобы достучаться до вас.

— Что это была за магия?! — вопрошал король. — Как ты взорвал стену?!

— Это лишь часть технологий, которые я могу вам предложить. Ваше Высочество, только представьте реакцию горожан Стоунхолла, когда их стена разлетится на куски.

— Технологии… — запыхавшийся от страха Эдуард ещё раз выглянул в окно и взглянул на брешь. — Немыслимо… Как вообще такое возможно?..

— Мы вступаем в новый век технологического прорыва, а магия отходит на второй план. Ваше Высочество, встаньте на сторону победителей и примете единственно верное решение.

— А ты, я смотрю, продолжаешь меня шантажировать…

— Это лишь часть переговоров. Ваше Высочество, вы готовы обсудить условия встречи прямо сейчас? — он надолго замолчал, а судя по лицу, у него созревал какой-то хитрый план, чему я был совсем не рад.

— Ладно, давай поговорим… — коротко бросил он.

* * *Поздним вечером того же дня.

Стоунхолл. Покои Марии Бруно (в девичестве Оскольд) по прозвищу «Святая».

Сразу после застолья в память о погибшем первом наследнике Королевства Долины Камней Мария направилась к себе. Служанка уже уложила старшую дочку четырёх лет и младшего сына, которому не было и двух. Любящая мать поцеловала обоих детей в лобик и вышла на балкон, дабы, наконец-то, расслабиться и сбросить маску святой.

"За бокальчиком вина она пустыми глазами наблюдала за восходящей луной — Мария так сильно устала, что ей было лень наливать себе второй бокал. Она вынужденно цедила первую порцию, с каждым разом делая всё более скромные глотки, тем самым оттягивая момент, когда нужно будет приложить усилия и поднять бутылку.

И лишь одна надежда позволяла Марии вставать по утрам и целыми днями улыбаться, строя из себя саму невинность.