Но не это волновало Хаджара в данный момент. Куда больше его заботили хлынувшие потоки воды, смывшие с берега как фанатиков, так и воинов Чужих Земель.

Хаджар старался держаться на плаву, но мощный поток кружил его как только вздумается, то поднимая на поверхность, то вновь погружая на дно. Хаджар отплевывался, пытался за что-то ухватиться, сквозь гул и эхо слышал крик Лэтэя, но не мог её помочь, а вскоре потерял из вида.

В какой-то момент, после удара о каменный выступ, Хаджар потерял сознание. Он понятия не имел сколько времени провел в воде, но в какой-то момент все прекратилось.

Он лежал на каменном полу и кто-то настойчиво хлопал его по щекам. Хаджар открыл глаза, захрипел, отплевался от воды и, не без труда, открыл глаза. Все танцевало и плыло, но лицо, застывшее перед ним, он узнал бы даже в бреду.

— Учитель? — просипел Хаджар. — Орун?

Глава 1728

Глава 1728

Хаджар попытался схватить клинок, но всего одно движение указательного пальца и генерал прибила к полу непреодолимая волна силы. Словно сотня мечей прижали его к камням и любой движение означало неминуемую смерть. Хотя — он все равно и пальцем пошевелить не мог."

"Сперва Хаджар списал видение на головокружение и горячку бою, но чем лучше могли видеть его глаза, тем он больше понимал, что нет — перед ним действительно стоял Орун-Тирисфаль. Все такой же высокий и могучий, с копной густых черных волос, стянутых за спиной в широкий хвост. С грубыми чертами лица, массивной челюстью, бугрящимися мышцами и жилами, канатами перетягивающими тело.

Вот только этот не носил ожерелья из клыков, у него не было ни татуировок, ни прочих атрибутов знакомого Хаджару мечника. И уж точно Орун не стал бы носить вычурные одежды до самого пола, заправлять волосы в косу, да … шрамов у него было даже меньше, чем у этого.

— Я предпочитаю Ваха Ругнар, — произнес обладатель внешности Тирисфаля. — Или просто — Ругнар. Оруном меня прозвали в Смрадном Легионе из-за того, что когда возвращался мой отряд разведки, ты мы всегда приносили с собой девок для лейтенанта Рэккера, да будут его часы в бездне бесконечны, а они — всегда орали. Вот так и появилось это прозвище. Я отдал его нескольким душевным големом. С одним из них познакомился и ты, мой дорогой брат… или ученик… Сложно сказать. После смерти Тирисфаля я получил все его воспоминания и, что меня нисколько не радует, эмоциональную привязку.

Хаджар даже замычать не мог. А Ваха-Ругнар-Орун-Тирисфаль или как, о Вечерние Звезды и Высокое Небо, звали это существо, дернул пальцем и тело Хаджара взмыло над полом. Еще одно движение и Хаджар поплыл следом по воздуху за степенно ступающим по залу Мастером Ордена, потому что вряд ли кто-то еще в смертных регионах обладал подобной силой.